У меня была чёткая уверенность, подкрепляемая ощущением «в синих огоньках», что медуза — это… как бы часть моего организма, а не просто «пристроившийся» и странно мутировавший акулёнок. У неё не было эмоций, чувства преданности или радости, она просто… была моей частью. Способной в отделение, но всё-таки частью. Как рука или нога. Ну, при условии, что вы можете свою руку отчекрыжить и оставить погулять, как Вещь семейки Аддамсов, а потом спокойно и без проблем приладить обратно. Только на этом чёткость моих ощущений заканчивалась и никаких пояснительных справок не всплывало. И потому я не придумал ничего лучше, чем потыкать в эту хрень пальцем…
И надо сказать, «метод научного тыка» себя оправдал. Не успел я поднести палец к сияющей плоти медузы, как до того безучастно висящие в воде нити-щупальца резко подались к моему телу со всех сторон и натурально… вросли в кожу. А дальше… наверное, именно так компьютер мог бы ощущать открытие текстового файла, если на секунду допустить, что у него вообще есть такое понятие, как «ощущения».
Итак, начнём с того, что «медуза» подо мной действительно была не просто каким-то там коконом, в котором я эволюционировал, а полноценным живым организмом, но организмом полностью завязанным на меня и выполняющим строго определённую функцию. Существующим только для неё, без малейших личных интересов, устремлений и инстинктов. Это был буквально внешний боевой модуль, связанный с основным телом посредством ментального контакта, но куда более глубокого и неразрывного нежели те нити связей, что существовали между мной и моими акулятами. Если говорить про наши «взаимоотношения», то медуза была сродни хвосту ящера — я вполне мог её отбросить, «перерубив» нашу связь, и спокойно себе жить дальше, даже, вроде бы, со временем «заново отрастить», а вот «хвостику» в случае разрыва связи, таки наступит цугундер, банально потому, что процессами в его организме управлял мой мозг. При этом, как я и ощущал ранее, если ментальная связь в порядке, оно и правда могло существовать, как отдельный организм неограниченно долго. И мысленно мной управляться. Хрен знает, на каком расстоянии, но, точно не меньше того, на котором я могу управлять своими подчинёнными юнитыми, то есть порядок тут исчисляется в сотнях морских миль. Но даже не это главное, самое интересное — это структура и возможности данного «модуля». Он был в прямом смысле полу… а скорее даже на одну треть органической и на две трети кремниево-металлической формой жизни. Как, собственно, и я сам. Контакт с «медузой» позволил доподлинно почувствовать и осознать, что и моё якобы человеческое тело на деле имеет довольно условную связь с органическими формами жизни. От органических форм жизни мой вид перенял архитектуру внутренних процессов, но реализованы эти процессы уже были на совсем иной базе и с совершенно иными показателями коэффициента полезного действия. Мы действительно были оружием. Идеальным высшим… даже не хищником, а губителем цивилизации. Даже без участия моей собственной воли и желаний, мой «симбионт» сам свернулся вокруг тела и начал формировать то, что в своём сне про игру я бы назвал «комплексом вооружения». Да и это и был тот самый комплекс! Ещё не прошла дезориентация от наплыва знаний и понимания, а я уже осознал себя в странном чёрном доспехе. Во всяком случае, латные перчатки агрессивно-зловещего вида имелись. Как и кираса, наплечники, поножи, сапоги. Ага, всё латные. Вернее, хитиновое. А ещё я при этом стоял уже не на аморфной медузе, а на здоровенной чёрной платформе просто утыканной «игрушечными» трёхорудийными башнями, торпедными установками и даже «взлётными полосами». Только вот все эти «игрушечные» размеры, во-первых, были значительно солидней аналогичных «украшений» у моих хуманизированных акулят, тех самых, которые ещё во время бытия акулятами могли выдавать взрывы, как от снарядов береговой артиллерии, а во-вторых, их было реально дохрена. В смысле пушек. Взлётных площадок только две, но пушек — дохрена!.. Потому что нужно больше дакки, ещё больше дакки зог!