Через некоторое время Артём прибежал обратно, и скинул принесённые тела в кучу. Он хотел, видимо, построить костёр, в духе старых традиций, но, увидев, что охотники уже подтянулись, наклонился, обшарил карманы своих бывших соратников, а после сплёл заклятие огня, прочертил концом своего короткого меча круг вокруг кучи тел, и куча полыхнула рыжим пламенем с мелькающими местами синими всполохами.
— Покойтесь с миром, братья. — произнес вслух он.
— Артём, что за дела? — спросил тут один из охотников в подошедшей толпе. — Что за игры ты опять устроил?
— Успокойся, Черкес, — ответил, Артём поворачиваясь. — Это были уже не те люди, которых вы знали. Они каким-то образом попали к чернолицым, где им промыли мозги, и всё для того, чтобы быть в курсе всех дел, что мы ведём.
— А может это ты сектант? — не унимался Черкес. — Чем докажешь, что это не так? Может ты убил тех, кто знал об этом.
— Артём не из них, — вмешался тут я. — Я лично видел что те, с кем мы сражались, из чернолицых. У них было соответствующее чернолицым отравленное оружие.
— А ты, Хал, не встревай, — сказал Черкес. — Ты посторонний для нас человек, мы знать тебя не знаем, на одной вылазке всего побывал, откуда нам знать, что ты тоже не сектант?
— Может меня в сектанты запишешь? — перебил Черкеса Гюрза подойдя к нему, и тот замолчал. — Я лично видел кто тут чернолицый, а кто нет, я с ними сражался. У Тарина и остальных были призваны оружия сектантов, зелёное пламя в округе — следы от белого топора Тарина. Что, не слышу? — он слегка наклонился и сделал жест, сложив ладонь у уха. — Мне тоже не веришь? А ну пошли выйдем один на один, я тебе докажу, Гюрза я или нет.
— Хватит, Гюрза, — сказал Артём. — Я прекрасно понимаю, откуда идут такие вопросы. У меня с Тарином действительно были разногласия в последний год, и остальные видели как мы ругались. Но мало кто знает из-за чего. Что ж, я расскажу вам. Я не намеревался вступать в конфронтацию с чернолицыми, считая, что это не моё дело, считал, что это навредит бизнесу и поставит под вопрос нахождение охотников в крепости. Тарин же наоборот, считал, необходимостью истребить заразу, и решил действовать самостоятельно. Но потом он пропал из виду в период сбора «урожая» чернолицых, как и остальные из погибших. Не так давно я спускался вниз, к их логову, и наших ребят там не увидел, а значит, они были обращены в другом месте, или вовсе давно состоят в секте, о чём никто из нас не догадался.
Тут Артём замолчал на некоторое время.
— Тарин был прав. — продолжил он. — А я ошибался. И это стоило мне жизней четверых соратников, четверых старых друзей, так что теперь я не намерен закрывать на это глаза.