«Чего тебе?» — тая в объявшей ее неге, с неохотой спросила девушка, не торопясь разрушать это неожиданное волшебство: точно отмеренное Ксавьером, чтобы она не нашла повода убежать. Мужчина обнимал ее настолько легко, будто говорил: я тебя не держу, но и ты не убегай больше.
«Марин, кажется, меня теперь двое, — заявил ее внутренний голос, игнорируя происходящее и все сильнее портя прекрасный момент. — Я размножаюсь? Я не хочу размножаться!»
«Ты что несешь?» — Марина слегка протрезвела: ее незримый собеседник действительно был напуган и постепенно заражал этим состоянием ее саму.
«У тебя будет множественное расстройство личности! — в панике заявил он. — Мы так долго с тобой учились договариваться. Неужели теперь опять все по новой? Я не хочу!»
«Не говори ерунды», — девушка нахмурилась, а руки Ксавьера замерли, будто он тоже к чему-то прислушивался.
«Марин, но меня стало двое! Точно двое! — завопил внутренний голос. — Я не слышу его, второго, но чувствую. Как думаешь, голоса в голове могут размножаться вегетативно? Может, я как Пузырь — случайно оторвал от себя кусок, и теперь он растет?»
«Какое безумие творится в твоей голове», — неожиданно отчетливо услышала Марина чужую мысль и резко развернулась к Ксавьеру, разрушая нежные объятия.
Мужчина усмехнулся, глядя на ее реакцию.
— Вы!.. Вы!.. Вы залезли мне в голову! — непроизвольно выпалила она вслух.
— Стесняетесь? — перешел он тоже на внешнюю речь.
— Да! — воскликнула Марина и густо покраснела.
Действительно, впустить в себя чей-то разум оказалось даже более интимным действием, чем переспать с этим кем-то, и теперь Марина чувствовала себя обнажённой сильнее, чем когда бегала тут в трусах по гостиной! Ксавьер проник в ее мозг, а она даже не почувствовала! И не узнала бы, не подыми внутренний голос тревогу.
— Извините, — сказал Ксавьер. — Но Вы сами меня впустили.
— Как? Я ничего не делала, — растерялась Марина.
— А для этого ничего делать и не надо, — пожал плечами мужчина. — Я случайно коснулся Ваших мыслей… а они оказались не заперты. Только какой-то чудик бродит внутри. Это и есть тот внутренний голос, с которым Вы вечно ругаетесь?
— Да, — густо покраснела она. — А что, он реальный?
— А Вы реальны? — с легкой насмешкой уточнил мужчина.
— Д-да, — неуверенно ответила она.
— Значит, и он реален, — кивнул мужчина. — Правда, ощущается странно. Примерно как говорящий хвост. Впрочем, он определенно часть Вас.
Марина покраснела еще гуще. То есть, все эти годы она и правда говорила сама с собой?
— Но он мне нравится, — неожиданно признался Ксавьер. — Очень чувствительный и живой. Заметил меня почти сразу.