Спросила и вдруг поняла: дворецкий — вот та «вещь», которая есть в этом доме, но которую они бы не встретили за городом. Алазан Броснан, с малых лет работавший у семьи Брефеда и знавший все ее тайны. Мужчина, наверняка много раз видевший, как мать Ксавьера перекидывается в дракона и обратно.
— Хм, — отозвался дворецкий и так глянул на Марину, что та поняла: у него есть решение, но он почему-то не хочет сообщать его.
— Дракон в городе — это недопустимо, — попыталась достучаться до него девушка. — Даже если Ксавьер научится летать, где он будет жить, чем питаться? Он слишком большой, мы его не прокормим! Если Вы знаете, как все вернуть, не томите.
— Кхм, — снова откашлялся мужчина и покосился на хозяйский глаз, тоже вопросительно на него уставившийся. — Я не то, чтобы знаю… Просто был свидетелем первых лет совместной жизни родителей господина.
Марина подалась вперед, показывая, что очень внимательно слушает.
— Леди Брефеда любила тогда всем назло щеголять в своем «большом теле», — продолжил дворецкий чуть приглушенным тоном. — Но когда в ту пору еще юный Аурелий принимался… кхм… возбуждать в ней горячие мысли, она всегда принимала малую форму. Даже если не собиралась этого делать.
Марина покосилась на огромную драконью морду. Ксавьер посмотрел на нее. И она почувствовала, как по телу бегут нервные мурашки.
— Вы предлагаете мне… — она споткнулась, не сумев выговорить нужные слова.
— Других наблюдений у меня нет, как и предложений, так что… оставлю вас, пожалуй, — сказал Броснан и, поклонившись, исчез в глубине дома, одновременно и промолчав, и красноречиво ответив.
Марина осталась наедине с огромным драконьим глазом и разгорающимся рассветом.
«Вот это задачка-а-а… — восхищенно протянул внутренний голос. — Можно, я?»
«Отстань, — отбрила она его. — Вот только тебя тут и не хватало».
Она судорожно вздохнула. Ксавьер смотрел и ждал — насмелится ли? Судя по его ауре, ему было больше любопытно, но и горячие нотки нет-нет, да и промелькивали в его настроении.
«Ну, чего тормозишь? — поторопил ее внутренний голос. — Давай, соблазняй. Пикантностей ему каких-нибудь наговори, стриптиз станцуй, приласкай себя…»
«Стоп! Дальше не надо, пожалуйста», — взмолилась Марина.
«Ну, да, — спохватился внутренний голос. — Я забыл, с кем говорю. Ну, хоть разденься тогда. Может, Ксавьер дальше сам навоображает — это в его интересах».
Марина попыталась вспомнить, что у нее надето под водолазкой и джинсами. И покраснела, вспомнив, как выглядят ее любимые лифчик и трусы. М-да, определенно не для эффектного стриптиза. Лучше уж тогда пойти переодеться. Ну, или просто раздеться в другом месте, а потом выйти.