— Дай, я съем! — тут же охотно ответил Ёж.
— Нет, я! — сказал Крис.
— Блин, придурки, вы чуть тарелку не грохнули! — возмутилась Бристел. — Лучше найдите его. Он, похоже, проспал.
— Ты сама-то пробовала спящего невидимку искать? — возмущенно ответил Крис. — Тем более, он дрыхнет вечно где попало. Дай мне его порцию, он сам виноват.
— Да на, жри, — сдалась Бристел. — Но если Денька возмутится, ты ему за обедом свой суп уступишь.
— Да ни в жизнь! В большой семье клювом не щелкают!
Марина усмехнулась: эту поговорку ребята почерпнули из ее лексикона — ни в Галаарде, ни в Освении не было ее аналога.
Они вообще многое уже успели перенять от своей учительницы — и сленговые словечки ее родного мира, которые она нет-нет, да и вставляла по привычке в бытовых разговорах, и крылатые выражения, и даже цитаты из книг и кинофильмов.
«Аз есмь царь!» — гордо возвещал Крис, когда ему удавалось занять какое-нибудь высокое место в помещении вперед других желающих.
«Пилите, Шура, пилите», — говорил Амадеус, когда ребята отказывались перекапывать клумбы за заднем дворе от забора и до обеда.
«Замуровали, демоны», — сказал как-то Шерман, когда сестры вымыли пол, а он остался стоять на последнем недомытом фрагменте в грязных туфлях.
«Все смешалось в доме Облонских», — грустно возвестил Леам, когда его отправили делать ревизию в местной кладовке.
Марина и сама не замечала, когда успевает все это им говорить, а самое главное — каким неведомым образом ребята умудряются ухватить суть фразы и применить ее к делу. Видимо, в отличие от скучных предметов вроде юриспруденции всякая дурь схватывалась на лету. Увы, такова учительская доля: хочешь достойных учеников — сам веди себя достойно, без исключений, перерывов и выходных.
…
Девчонки собрались быстро, и Марине пришлось устроить неспешный променад, ведь швейный дом открывался ближе к полудню. И все равно даже так они пришли слишком рано и остановились в тенечке под раскидистым дубом, дожидаясь, пока на стеклянной двери перевернут табличку.
— А я уже расту, да? — трындела жизнерадостная Флокси, сверкая на Марину глазами из-под глубоко надвинутого капюшона. — Мне тетя столько сил передала, что к следующему лету я точно должна вырасти! Но пока только туфельки все сильнее жмут. А у меня новых нет. В чем я буду зимой ходить? Хотя, куда тут ходить-то? Никуда из дому не пускают…
— Флокси, уймись, — осадила ее Кристел. — От твоей болтовни голова трещит.
— А вот Касси меня всегда слушает, — обиделась девочка. — Вы зануды страшные. Вот вырасту, обрету свой истинный облик, и тогда вы узнаете, что такое настоящая головная боль!