— Точно! — барон посветлел лицом. — Книжонку он отобрал и собственноручно вышвырнул за борт. А нам, всем троим вкатил по два часа под винтовкой — за безнравственное, как он выразился в рапорте, чтение на военном корабле!
— Славные были времена, весёлые…- мечтательно произнёс Остелецкий. — Скажи-ка, Гревочка, если не секрет — что собираешься делать по возвращении? С Серёжкой всё ясно: получит эполеты каперанга и будет служить дальше. А вот ты? Пустишься в очередную авантюру?
— Почему сразу авантюру? — обиделся барон. — Напомню, что в историю с перелётом ты меня втравил! Я-то предлагал мсье Жюлю Верну всего лишь безобидное путешествие на остров Пасхи, посмотреть, что там выкопал Иван Фёдорович…
Капитан первого ранга в отставке Повалишин, о котором упомянул Греве, занимался археологическими раскопками на острове Пасхи, иначе именуемом Рапа-Нуи. После победы в войне с Чили правительство республики Перу наложило на островок руки, и Повалишин, которому президент республики пожаловал адмиральские эполеты, предавался там любимому делу. Он и Греве зазывал в гости, памятуя о его мимолётном увлечении археологией.
— Нет уж, хватит с меня авантюр! — Греве решительно помотал головой. — Помните, я рассказывал, как мы по пути в Китай заходили в Гонолулу? Я ещё тогда подумал: вот бы перебраться на острова да основать там новое дело — на пустом месте, чтобы никто под ногами не путался? Но не поспел — Государь в прошлом году подписал указ о приятии Гавайских островов в российское подданство, так что обошлись без меня. А во время недавнего визита в Питер я познакомился с путешественником Миклухо-Маклаем, он тогда как раз вернулся с островов Новой Гвинеи…
Казанков кивнул.
— Слышал, как же! Он посещал эти острова на корвете «Витязь», близнеце нашего «Рынды».[3]
— Точно так, Серж, точно так-с! Так вот, этот господин — кстати, на редкость воспитанный и умный человек, усиленно рекомендую познакомиться! — убеждал Государя взять Новую Гвинею под руку империи, как это произошло с Гавайями. Ну и пошло-поехало: назначили особую комиссию, те позаседали, послушали, и зарубили начинание на корню — далеко, мол, да и выгода сомнительна, одни затраты…. Государь пока колеблется, рассматривает предложение, чтобы этим занялись частные лица. Вот я и думаю: а не попробовать ли мне себя на этом поприще? Свободных средств хватает, пароходы есть, люди найдутся, и из числа служащих моей кампании и волонтёры — кому же, как не мне? Глядишь, и стану новым Барановым[4] — только на этот раз продать новообретённые российские земли за гроши не позволю!