Посёлок до недавнего времени принадлежал войскам Хитланда, это один из последних плацдармов армии Рэгварда на этом берегу, и они крепко его обороняли.
Парни из Третьей мардаградской бригады генерала Зверева, усиленные штурмовиками Фостера, не смогли взять посёлок с наскока, но всё же выбили врага через пару часов яростного боя. Правда, так и не смогли закрепиться здесь.
Временное прекращение огня включало в себя обмен пленными, ранеными и телами. Мрачные безоружные солдаты выискивали пострадавших среди трупов.
Между войсками Варга и Рэгварда всё ещё действовало старое негласное правило помогать чужим раненым. Сказывалось, что когда-то оба этих дома были преданы императорам и часто воевали вместе плечом к плечу. Хоть кто-то ещё помнил о старых традициях. Правда, в последние годы даже до войны они стали враждовать.
С другими Домами так бывало редко. Северяне помнили, что творили пустынники и островитяне с пленными. Ещё один повод к вражде после гражданской войны.
Келвин меня ждал рядом с домом старосты. Его люди тоже ждали в стороне, пока мы говорим один на один. Рядом с цветущей яблоней, посечённой осколками, стоял деревянный стол с лавкой. На ровном песочке, который хозяин рассыпал ровным слоем вокруг стола, запеклась чья-то кровь и лежали гильзы. А вот дом уцелел, только окна выбило. На окне стоял пустой горшок со срезанным стеблем цветка.
Небритый Келвин с красными от недосыпа глазами поднялся мне навстречу.
— Генерал Загорский, — поприветствовал он меня. — Снова встретились. В очередной раз.
— Наблюдатель Рэгвард, — я сел за стол. — Начнём, времени мало.
— Хочешь атаковать меня, пока ко мне не подошли подкрепления? — Келвин усмехнулся.
— Это ничего не изменит. Ты не хуже меня знаешь, что глухая оборона всегда рано или поздно проигрывает. У меня больше огневой мощи, а остров слишком мал, чтобы укрыться на нём.
— Но ты меня удивил, — сказал он. — Думал, что я смог перехитрить тебя, а ты пришёл и ударил в самое сильное место. Будто ты знаешь, чего я хотел.
— Обезглавить Совет и уничтожить меня. Хотел занять власть сам, для чего-то своего.
— Для чего-то своего… — задумчиво пробормотал Рэгвард.
Келвин размахнулся, чтобы прибить севшую ему на рукав пчелу, но передумал. Пчела с жужжанием пролетела мимо меня и отправилась по своим делам.
— Давай к делу, Рома, — он достал записную книжку. — Я прошу у тебя вернуть мне моих людей. Павел Климов, Франко Нумер. Джулио Алькарас не из моего класса, но попрошу и за него.
— Нет. Павел уже далеко.
— Его арестовали? — с беспокойством спросил Рэгвард. — Или уже казнили? Его убил брат, верно?