В конце концов, я решил действовать просто. Вновь скастовал Полёт, взмыл к потолку и мечом рассёк Знак, нарушил его целостность. Затем приземлился на пол. Исключительно тестирования ради переместился за спину Егору. Сработало! Всё, хватит батарейки тратить, нам ещё отсюда уходить. Причём, возможно, не в одну ходку.
Вдвоём с Егором мы разгребли камни и стаскали банки к экрану. Насколько я запомнил ещё с прошлого визита, это был один из самых укомплектованных наборов. Девять банок. Плюс, у меня ещё дома три детали. Есть шансы? Минимальные, конечно, есть… Но лучше их увеличить.
— Давай ещё одну, — предложил я.
Егор кивнул, мы разобрали следующую нишу. Завалы эти были скорее от честного человека, чем от нас с Егором. Попыхтели, конечно, но нишу вскрыли.
И тут у меня в кармане захрипел амулет.
— Сука, — сказал я. — Егор, уходим, быстро!
— Да пока добежит…
— Егор, он вокруг себя поле создаёт!
— Пшеничное?
— Если бы! Перемещения глушит. Добежит — поздно будет. Хватай, сколько можешь, и тащи ко мне в башню!
Егор бросился на лежащие перед ним банки, как на амбразуру вражеского дзота. Обнял, сколько смог, и исчез. Я немедленно схватил остальные и повторил маневр. Только перенёсся не в башенку, а во двор, чтобы наши с Егором ДНК не перемешались. Ну, мало ли.
Сбросив ношу, немедленно вернулся обратно, похватал банки, которые сложили возле монитора. Вернулся с ними. Выдохнул. Ещё один рейд. Ах ты ж, жопа! Троекуровский амулет разрядился.
Хорошо, что я изобразил там свой якорь. Раз — и снова в пещере. Но теперь начала просаживаться мана. Полёт — не самый экономный Знак, как и Перемещение. Недаром охотники перед битвой предпочитают лучше ногами потопать, чем перемещаться по Знаку, мне Егор про это ещё в самом начале рассказывал.
Пол под ногами уже ощутимо дрожал. Я сгрёб оставшиеся банки, вернулся с ними во двор. Рухнул буквально. Ноги подкашивались. Но, по ощущениям, маны должно было хватить ещё на один рейд.
И снова я вернулся в пещеру. Доступных банок здесь уже не оставалось, но я хотел спереть не только их.
— Пошли, — сказал монитору. — Мне в башне как раз фулл-эйч-ди над джакузи не хватает.
И перенёсся.
Тут началось самое веселье. Перенёсся я не куда-нибудь, а упал спиной на спину паука. Раскалённую металлическую спину, от соприкосновения с которой у меня немедленно затлел тулуп.
— Владимир! Слезай! — завопил голос Захара. — Горишь!
— И нет нам покоя — гори, но живи, — пробормотал я, скатываясь с паука.
Тут же едва не поцеловался с раскалённым после перемещения терминатором. Какой-то добрый человек обдал мне спину морозом. Я взвыл.