— Отродье тёмного, мазафака! Поднимите меня! — орал полковник, отмахиваясь от четырёх мучеников, которые лезли прямо на него, а другие — были на подходе.
— М-мать! — рявкнул я и, схватившись одной рукой за плечо растерявшегося эльфа, а другой, протянул другу шест, за который он схватился, как утопающий.
Ибо только так можно было снизить вероятность уже своего падения. Неспроста эта нескончаемая площадь иногда и очень внезапно скользкая.
— Ты как? — спросил я и по-быстрому создал новый шест для Лероя.
— Я д-думал свих-хнусь, мля… — сказал он с лицом полного ужаса и судорожно схватился за посох, добавил: — Я не верю, что это плод воображения этой ненормальной… Я слышал их слова, чтобы их прекратили истязать.
От его слов мы даже прекратили отталкивать шестами мучеников.
— Лучше перетерпеть и не отрывать наши палки от земли, — неуверенно предложил я. — Во избежание падения, так сказать… — И тут же почувствовал, как о мою штанину протёрлось тело одного из стонущих, от такого кровь стыла в жилах.
Отшельник ничего не прокомментировал на этот счёт, видимо, он был согласен со мной. Но эти оставшиеся пять метров нам дались не просто. Так как хари неупокоенных так и норовили врезаться в кого-то из нас. Но как только мы преодолели эту «стену», то оказались посреди выжженной пустыни, на которой Лад выдохнув, упал на колени.
— Без магии я себя чувствую беспомощным подростком, — выдохнул он, глядя на песок.
— Вот поэтому нам надо втроём это пройти, дружище, — сказал я и, дотронувшись до его плеча, стал оглядываться.
Обыкновенная пустыня, с барханами, голубым небом и уймой песка. Разве что не было пекла и хоть какого-то ветра. А где-то за барханом был слышен шум толпы.
— Администратор Лад, прямо за тем холмом что-то есть, — вымолвил Даниэль, показывая на бархан.
Лерой тряхнул головой и, оперевшись на посох, встал и сказал:
— Пошлите. Надо прекращать её сны. — И двинулся первым.
Бархан был крутым и высоким. Наверное, метров десять в высоту. Но когда мы его преодолели, перед нами предстал небольшой оазис с пальмами. С краю него находилась аналогичная прошлой, но небольшая мощёная площадь. На ней располагалась деревянная сцена с крышей, как на городском празднике. Имелось пару тряпичных палаток по бокам и толпа разношёрстного народа. Примерно человек тридцать.
Уже совершенно не чувствуя страха, мы двинулись по спуску с бархана. Но приблизившись метров на сто, мы разглядели несуразную картину.
Люди, что находились у сцены, совершенно не шевелились. Стояли как манекены. Но выкрики и хор были слышны явно от них. На сцене находился один человек, который, стоя на коленях, что-то делал рядом с небольшой клеткой.