– Сама себя наказала, дура, – вторил моим мыслям Евгений Викторович. – Я, конечно, постращал ее немного, чтобы больше не смела приближаться к Даше Мельниковой. Но Сонька сейчас совершенно в неадекватном состоянии, не уверен, что мои слова дошли до ее сознания.
Задумчиво потарабанил пальцами по деревянной поверхности стола.
– Слушай, пока ты там, посмотри, что за клиника, нет ли нарушений, отвези Соньку к другим специалистам, вдруг хирурги допустили врачебную ошибку, вдруг можно что-то подправить. Ей-богу, жалко эту дуру набитую.
Как только закончил разговор с заместителем начальника безопасности холдинга, сразу же раздался звонок по внутренней связи – разъяренный батюшка захотел повидать слишком много на себя взявшего заместителя. Но у меня внутри ярости и злости поболее будет, со всем миром готов за свою Золушку сразиться.
– Игорь, что ты себе позволяешь?! – сразу принялся орать отец, как только я зашел к нему в кабинет. – Мы с «Продуктовым домом» работаем уже не знаю сколько лет!
– Да, папа, работаем долго. – Пытаясь быть спокойным, не сорваться на ответный крик, неспешно сел в кресло напротив. – А ты в курсе, сколько мы получили прибыли от этой работы? Знаешь?!
– Прибыль не самое главное, – ответил отец. – Афанасьев мой друг.
– А я отвечу: ничего не получили, потому что «Продуктовый дом» покупает нашу продукцию практически по себестоимости, всего с пяти-десятипроцентной надбавкой. Если включить сюда затраты на содержание заводов, зарплату работникам, логистику, рекламу, не говоря уже о других расходах, то мы даже себе в минус работаем. Я дал поручение финансистам просчитать полный баланс убытков от такого выгодного в кавычках сотрудничества. Ты говоришь, друг… Нет, отец, Владимир Сергеевич неблагодарная зажравшаяся пиявка, присосавшаяся к «Родным просторам».
– Но-но, сын, поосторожнее в выражениях.
– Я никогда не вмешивался, считая семью Афанасьевых близкими людьми. Но, папа, друзья не наживаются на дружбе. А еще настоящие друзья не разлучают детей друзей с их любимыми, пытаясь пристроить свою прилипалу-дочь и еще сильнее укрепить свои пиявочные позиции в нашей компании.
– О чем ты говоришь?! – морщил лоб отец. – Какое отношение имеет Володя к вашему расставанию с Золушкой?
– К сожалению, самое прямое, папа.
Пришлось рассказать родителю подробности того, как его хороший друг вместе с интриганкой дочерью поиздевались над самовлюбленным ослом сыном и ничего не подозревающей бедной сироткой Золушкой.
– Это Владимир Сергеевич рассказал Даше Мельниковой правду о смерти матери, точнее, формально не он, Золушке в тот вечер позвонил отец, но после того, как получил команду от твоего обожаемого друга. Причем за такую запоздалую откровенность Афанасьев заплатил Ивану Федоровичу деньги. От меня папаша Золушки тоже получил деньги, правда за свое молчание. Мельников хоть и алкоголик, но весьма предприимчивый человек. Свое урвет, извлек из смерти жены максимум выгоды. Продал, предал не только свою любимую женщину, но и свою дочь. Скользкий, мерзкий человечишка.