Я жду. Стою на месте, пока владелец и двое официантов, тихо обмениваясь фразами, заходят внутрь.
Выскользнув из своего укрытия, притормаживаю. Скалюсь, услышав шлепки и чавкающие звуки с той стороны, куда отправились пара последних гостей. Едва сдержав желание броситься туда же и пролить кровь.
Потом, держась около правой стены, медленно бегу по следу. Приближаясь к цели.
Не знаю как, но он меня учуял. Как будто глаз на затылке имелся. Стоило выйти на прямую линию для атаки, оказавшись у него за спиной — как противник дёрнулся. Чуть повёл головой. И, толкнув в разные стороны девушек, круто развернулся назад.
Грохает выстрел. Боль обжигает левое плечо. Я рычу, бросаясь вперёд. Пальцы трансформируются в когти…
Ствол револьвера, который подбросило вверх выстрелом, снова опускается. Я слишком далеко. Точно успеет выстрелить.
Оттолкнуться ногами, бросая тело боком на брусчатку. Сдавленно зарычать от боли в левом плече. Рука почти не слушается. Грудь заливает тёплым. Но это ничего. Заживёт
Перекатиться. На ходу примериться к положению тела. В нужный момент — оттолкнуться коленом. Подбросить собственное тело вверх. Ударить ножом.
Лезвие до упора входит в бедро. Прокручиваю, обхватив пальцами рукоять. Перемалывая плоть, кровеносные сосуды и жилы.
Противник дико орёт. В череп врезается что-то тяжелое. Рукоять револьвера. Высекшая из моих глаз самые натуральные искры.
Перехватываю его запястье левой рукой, пальцы которой уже стали полноценными когтями. Длинными и суставчатыми. Тот же пытается сбросить меня. Бьёт второй рукой. Пытается впаять коленом. Яростно дёргает оружие.
Использую то единственное, что осталось в моём распоряжении. Ноги. Их пальцы превращаются в когти с точно такой же скоростью, что и на руках. После чего, не очень ловко, но зато сильно, начинаю бить ими туда, куда достаю. Быстро превращаю в кровавые лохмотья всю область, что находится над коленными чашечками.
Он снова орёт. Качнувшись назад, врезается спиной в стену. Что позволяет мне вырвать лезвие из его бедра и, используя для опоры ноги, подняться чуть выше.
Удар. Ещё один. Хлещет кровь. Искажённое болью лицо. Перекошенный от крика рот.
Глаза застилает алым. Бью снова и снова. Чувствую, как от его крови тянет запахом той самой белой дряни.
Снова боль. Теперь — под правой лопаткой. Не глядя, отмахиваюсь ножом — чей-то крик. Попал.
Впиваюсь взглядом в глаза противника. Он ещё жив. Даже пытается что-то сказать. Но перед глазами всё заволокло красным — я не в силах разобрать слова. Лишь странные, рваные звуки.