Дней десять гоняли «мясо» по полигону с деревянными мечами и палками.
— Зачем, если их всё равно убьют? — спросил друг Тарга, зашедший в гости на бокальчик замечательного вина.
— Для того, чтобы убивать было не так скучно, — улыбнулся тот, но взгляд остался печален. — Нужно доставить максимально красочное зрелище высшему сословию. Щенки должны показать всё своё мастерство, чему обучились за данный срок, тем самым доказав Светлейшиму, что его деньги, вложенные в их обучение, тратятся не зря. На «мясе», которое не может дать отпора, это сделать невозможно. Четыре раза в год мы даём подобные отчёты, устраивая показательные экзамены перед Императором и его приближёнными. В конце года лучший щенок безродных становится против лучшего щенка элитников. Это единственный экзамен, где моим запрещено калечить и убивать соперника. Тем он и сложен, что нужно победить такого же обученного бойца, не причинив тому непоправимого вреда. Переломы не в счёт, — усмехнулся Тарг. — Элитные щенки подобными правилами не ограничены. Они могут убить, хоть это и не приветствуется Светлейшим. Поэтому стараются просто калечить. Знают, паскуды, что таких подранков мы сами потом добиваем, — колыхнув в пузатом прозрачном бокале тёмный бордовый напиток, Тарг взглянул сквозь него на свет свечи. — На кровь похоже…
Сегодня Калина не стали поднимать до зари, как обычно. Проснулся он от яркого солнечного света, лившегося в окно их казармы. В длинном сарае по обе стороны стен стояли двуярусные кровати.Большая часть из них пустовала. Пятнадцать человек разного возраста с преступным прошлым быстро поняли, что из мелкого недоросля шныря не сделать, и лучше здоровья ради вообще держаться от него подальше. Так же не стоило трогать четверых ребят, которые прибились к этому сопляку и держались особняком от общей компании. Сегодняшний день отличался от всех прошедших. Никого никуда не гнали, ничего не заставляли делать. Даже завтрак оказался каким-то праздничным, а обед и вовсе походил на пир. На кормёжку в этих местах никто не жаловался, но сегодня повара расстарались на славу. Вместо каши куски мяса, фрукты, свежие булки и даже пиво.
— Не к добру всё это, — настороженно бурчал несостоявшийся висельник, с которым Калин познакомился в первый день прибытия.
После перевода в общий барак тот как-то сразу встал рядом с Калином, решив, что около этого мальчишки ему будет безопаснее. Отбитые почки ещё давали о себе знать, и постоять за себя бывший разбойник пока не мог. Зато он мог своим присутствием добавить статуса сопляку, и на фоне этих двух малолеток — Мирон также продолжал держаться рядом с мальчиком — взрослый Ставрид казался вожаком. К сожалению, вскоре все поняли, кто в этой компании главный, но мальчишка его не прогонял, а те, остальные, сторонились, стараясь не задевать немощного. На этих странных занятиях ему тоже не особо уделяли внимания. Куда больше гоняли молодняк. Поначалу его это устраивало, но потом стало подозрительным. Вот и сейчас эта необъяснимая щедрость его пугала.