— Там не только теневики. Там ещё и Бубновый Туз. Цвет поменялся! Киллир! Песок!
Прежде чем мы успели что-либо понять, нас накрыл тонкий полупрозрачный купол из золотой пыли. И вовремя! С десяток белых полупрозрачных копий ударили вокруг, разрушая местность и нанося огромный урон.
— Стив! Маилз! В пещеры! — заорал Киллир. — Мы вас вытащим!
Понимая, что всё идёт совсем не так, как планировалось, мы, не сговариваясь, на всех парах дернулись в ближайший уцелевший провал. Мои опасения, что нас просто погребет под землей из-за такой атаки, разбивались о то, что на поверхности равнины происходил бой между фаворитами. Температура резко подскочила, голографический индикатор указал на триста двадцать градусов. Стало жарко. А через пару секунд пространство заволокло льдом.
Включив налобные фонари, мы со Стивом, не сговариваясь, бежали вперед. Стив подскользнулся и упал на задницу. Пришлось схватить его, поднять и тащить вперед.
— Теперь я поведу, — сказал, обращая внимание, что наши с ним сканеры начали сбоить.
Взрывы, выстрелы и звуки битвы эхом раздавались в пещере, а с потолка сыпалась песчаная крошка и камни.
— Сожри их Эхерион! Перемоли кости Танула! Да они меня специально вытащили! Сууука! — орал Стив. — Стифлер, сука! Поохотишься! Вкус жизни почувствуешь!
— Стифлер?
Впереди не чувствовалось врагов, так что я шел, куда глаза глядят.
— Фаворит Орлов, номер два, боевой товарищ, но не друг. Решил, пока система не функционирует, убрать конкурентов. Ещё и позарился на бессмертие в теле меха.
Я ничего не стал комментировать. Разборки между фракциями, фаворитами и передел власти, ставшие следствием уничтожения Призрачных врат, должны были перейти в открытую фазу. И, к сожалению, я как раз оказался в момент её открытия.
Скорее из-за предчувствия, нежели из-за чего-то другого, я остановился. И вовремя. Туннель впереди будто прорезали гигантские когти, создавая не просто выход, а целое ущелье. И мы оказались всего в десяти шагах от него. Свет ударил в глаза, и пришлось срочно включать фильтры, чтобы что-то видеть.
И после этого я почувствовал ЕГО.
По спине пробежал холодок.
Индикатор пси-воздействия запищал, деления повысились. Лимфатические гигантские когти пролетели где-то в небе, уничтожая механоидов. Нечеловеческий жуткий вой, от которого кровь стынет в жилах, разлился по открытому пространству.
— Эхерион, — констатировал я, узнавая и знакомое пси-воздействие, и ауру, и даже нотки рева.
В памяти ярко всплыло, как монструозная тварь величественно поднималась над платформой, на которой я стоял, и собиралась меня сожрать.