— Спокойно, — шептал он, хотя сердце колотилось, как боевой барабан. Его взгляд был прикован к силуэтам вражеских кораблей, вырисовывающимся на фоне огненного ада. — Еще немного…
Матросы замерли у баллист, сжимая рычаги, готовые в любой момент привести механизмы в действие. Напряжение висело в воздухе, густое, как дым от горящих судов. Боэлья прикидывал расстояние, мысленно измеряя каждый фут. Нужно бить наверняка. Первый залп — ключевой. Враг все ближе, ближе… Их борта уже отчетливо видны, их палубы кишат людьми, пытающимися сбить огонь или спустить шлюпки.
— По команде! По готовности! — рявкнул Боэлья, его голос прогремел, как гром. Он поднял руку, выжидая идеальный момент. Ветер трепал его плащ, соленые брызги хлестали по лицу, но он стоял неподвижно, словно статуя.
Еще секунда. Еще одна. Вражеские корабли теперь в зоне поражения.
— Огонь! — выкрикнул он, резко опустив руку.
Баллисты с оглушительным грохотом разрядились. Тетивы с визгом спустились, выпуская тяжелые стрелы, чьи наконечники в последний момент подожгли факелами. Они прочертили ночное небо огненными дугами, словно метеоры, несущие смерть. Секунда и стрелы с треском врезались в борта вражеских судов. Дерево раскалывалось, металл гнулся, а там, где попадали горящие снаряды, вспыхивали новые очаги пламени.
Корабли Боэльи налетели на противника, как буря, сея хаос и разрушение. Первый залп лег идеально: один из вражеских кораблей, массивный бриг с тремя мачтами, получил сразу три стрелы в борт. Дерево затрещало, палуба взорвалась фонтаном щепок, а огонь побежал по снастям, пожирая паруса. Матросы на нем заметались, пытаясь сбить пламя. Боэлья усмехнулся, видя, как его план воплощается в жизнь.
— Вправо! — скомандовал он, и рулевой крутанул штурвал, забирая резко вправо, уступая место следующему кораблю. Вторая линия эскадры повернула влево, заходя с фланга. Противник оказался зажат между двумя волнами атаки, их строй рассыпался, как карточный домик. Шлюпки, спущенные врагами для спасения, болтались на волнах, их команды в панике гребли куда попало, не зная, что делать. С вражеских палуб доносились заполошные вопли, крики команд тонули в общем хаосе.
На мостике своего флагмана, «Титана», Алекс, командующий вражеским флотом, стоял, сжимая кулаки до хруста. Его лицо, обычно холодное и непроницаемое, теперь искажала ярость. Ночные диверсанты уже нанесли ему удар. Подожгли восемь кораблей, и вот теперь новая атака. Он скрипел зубами, проклиная свою беспечность, когда со стороны моря до него донесся зловещий звук. Гулкий щелчок спускающихся тетив баллист.