Тишина. Она в подземелье была другой, не пустой, а наполненной, тихий гул камня, шорох воздуха в туннелях, едва слышные потрескивания горной породы, которая жила своей жизнью и понемногу двигалась, микроскопически, незаметно для глаза, но слышимо, если замолчать и прислушаться.
— А вы полезли вниз, — спросил я, прерывая тишину. — На пятый, потому что знаете, что там есть? За металлами?
— Верно. Отказ и запрет Императора, тогда восприняли как баловство. Секта на Пятый обычно не ходила. Новички тренировались на четвертом и третьем. Ты учти, богатств тут нет, эта часть Этажей у Великой Цепи, она вся давно обшарена, еще до того, как тут город появился, тут разные любители поживиться ползали.
— А почему у гильдии целые?
— Каждый Этаж разделен на несколько секций, и между ними скала, причем прилично, метров по двадцать не меньше. Причем скала, напитанная этером. Тут простой киркой не намашешься. Прорубить отсюда проход к центральным секциям многие хотели, но не у всех получалось. Твари что тут живут, пауки и прочая мерзость, они словно охранники, чувствуют начало работа и начинают выползать из всех щелей, не давая работать.
— Значит если просто лазить. То тут достаточно спокойно, но…
— Не совсем, но смысл ты уловил верно. Мы пару вылазок походим по третьему, попинаем мелочь, потом устроим небольшую тряску, и вызовем пару сотен тварюшек. Это будет твой экзамен. Заработка с них пшик, но твоему Бабаю, они как семечки подойдут. А потом пойдем на Четвертый.
— Мастер, я так и не понял вашего решения по поводу секты. — признался я, озвучивая давно гулявшие в голове мысли. — Вы ведь не хотели.
— Тогда не хотел. Но съездил в гости и захотел. Хотелкам то у меня еще не отсохла. Так что, тренируйся хорошо. Я надеюсь, после турнира увидеть тебя достойным представителем секты Каменного Молота. Работка у нас будет интересная.
И снова он про работу. Но сейчас меня интересовало другое.
— То есть шансов попасть к Драконам у меня нет?
— Хехе. Ну ты уж фантазируй, да не завирайся, — ухмыльнулся кузнец. — Пошли. Разведка боем проведена. Будем ходить сюда раз в неделю.
Домой я добрался поздно. Сяо встретил меня у двери, Бабай на руках, и по лицу мальчишки я видел, что он ждал давно и переживал, хотя старался не показывать, но уши у него горели, а уши у Сяо всегда горели, когда он нервничал.
— Мастер! Как прошло? Вы целы? Ран нет? А что в мешочке? Это ядра? Сколько? А…
— Сяо, дай войти.
Он посторонился, и я вошёл в лавку, снял рюкзак, прислонил копьё к стене, и первым делом достал из мешочка одно мелкое ядро, самое маленькое, горошину с мутным свечением. Бабай на руках Сяо поднял голову, и маленький мокрый нос задёргался, принюхиваясь, и глаза его, обычные, чёрные, щенячьи, вдруг стали чуть ярче, или мне показалось.