Шум поднялся такой, что глухой бы вздрогнул, но всё закончилось быстрее, чем можно сказать «привет». Задание было выполнено. Захлопнув дверь, бандиты разразились нервным смехом.
— Ну что, обмоем удачное дельце? — подмигнул квадратноголовый, хлопнув водителя по плечу. — Топи давай быстрее!
Вскоре компания добралась до своего временного пристанища на окраине города. Въехав на подземную парковку, они дружно вывалились из фургона.
— Я на балкон, надо сигнал словить, — зевнул водитель. — Доложу, что работа сделана.
Пока он исчезал наверху, остальные неторопливо разбирали оружие.
— Кстати, кто-нибудь знает, чем эти мелкие так нашему боссу насолили? За что их в расход? — спросил низкий, перекладывая патроны.
— Да какая разница? — пожал плечами квадратноголовый. — Наша работа — стрелять, а не думать.
Никто не стал спорить: философия была железная, как и их арсенал. Схватив снаряжение, они поднялись наверх. С балкона уже возвращался водитель:
— Господа, приказ такой: сидим тихо три дня, не светимся, а там посмотрим.
Не успел он это объявить, как в зал вошли ещё несколько человек. Рыжий парень, криво улыбаясь, сразу спросил:
— Ну что, мальчики, все путем?
— А то! — оскалился лысый. — Вы там небось в пробках застряли, пока мы дело делали.
Рыжий опять усмехнулся:
— Да ладно, нам всё равно заплатят, хотя вы всю работу сделали. Вот если бы студентики ночью гуляли, мы быстро отчислили бы их.
По залу прокатился смех — шутка про отчисление удалась. Но ещё всех больше порадовали полные столы алкоголя.
— На, держи, от сердца отрываю! — я протянул Маше тарелку с кусками пирога, разогретыми в микроволновке. Микроволновка — изобретение богов для ленивых смертных.
Чёрт возьми, если бы в моём мире были микроволновки, он бы не был таким адом на земле. Помню, как один маг-новичок решил разогреть кашу заклинанием огня — и спалил свой дом дотла. Неудивительно, что там все ходили озлобленные и голодные. А где голод — там и гражданская война. Но ладно, к чёрту эти воспоминания о домах-факелах.
Маша сидела, не притрагиваясь к пирогу, а взгляд у неё был пустым. Проклятье, она была ещё в шоке после стрельбы. И я не знал, как ей помочь быстрее выйти из этого состояния. Хотя, если бы мы были в моём мире, бутылка крепкого спирта быстро решила бы эту проблему. Но здесь это не вариант.
— Брат… — вдруг подняла она на меня глаза, и слёзы покатились по щекам, словно кто-то включил кран. — Ты ведь мог умереть. Зачем ты меня закрыл? Мой доспех выдержал бы… — голос у сестрёнки задрожал.
— Да брось ты, всё нормально: я же жив и невредим, — попытался приободрить её. — Эти криворукие уроды ни разу не попали.