Катарина даже зарделась от такого предложения, но тут же погрозила пальцем:
— Только с одним условием — никакого электричества!
Я обернулся, приподняв бровь.
— Ты что, не любишь электричество?
— А ты вспомни, что было на прошлой неделе, — фыркнула ведьма.
— Ну и что? — пожал я плечами. — Нормально же всё прошло.
— Нормально? — она аж задохнулась от возмущения.
А было дело так: налетел шквальный ветер, да такой, что у моего ветряка напрочь оборвало лопасти. Вся конструкция с грохотом рухнула наземь, разлетевшись в щепки. Пришлось потом возиться, восстанавливать всё с нуля.
— Ну, бывают накладки, — нехотя признал я.
Если честно, с электричеством в этом мире всё обстояло куда сложнее, чем с магией. И дело даже не в ветряках. Электричеству нужны провода. А провода, как назло, продавались исключительно в городах.
Можно, конечно, делать их самому — ту же медь использовать. Но это такая морока. Да и изоляцию толковую взять негде.
И вот что любопытно… У меня сложилось такое ощущение, что города вовсе не растеряли старые технологии. Они просто выдавали это наружу строго порционно.
Будто кто-то наверху очень тщательно следил, чтобы у нас, на этой окраине, всегда чего-нибудь да не хватало…
До самого вечера я провозился с артефактами, не разгибая спины. И только когда за окнами начали сгущаться сумерки, наконец отложил инструменты и поехал домой.
А дома меня ждал крайне неловкий момент.
Стоило мне войти в имение, как взгляд упал на группку девушек, скромно сидевших в стороне.
Хаос меня сожри.
— Я совсем про вас забыл, — честно признался я.
— Ничего страшного, ваша милость, — с лёгким поклоном произнесла одна из них. — Мы не в обиде. Нас тут и покормили, и напоили. Подождать — дело нехитрое.
Что же ты так, Леонид… Ведь сам же распорядился собрать этих девушек, а потом закрутился с таверной и напрочь выкинул из головы.
Восемь молодых, красивых и смышлёных девиц. И собрал я их вовсе не для того, чтоб они подносы с пивом таскали. О нет, у этих красоток будет совсем другая работа.
Им предстояло работать в таверне, да. Но не в зале, а под землёй, в потайных комнатах.
Каждая из них умела читать и писать — редкое умение в здешних краях. Ни семьи, ни детей у них не было, никаких привязанностей, что могли бы помешать делу.
И отбирал я их не наобум. Долго присматривался, прикидывал. Мне нужны были девушки определённого склада — из тех, кто не любит внимания, чурается шумных сборищ, предпочитает тишину и покой. Кто ценит безопасность и лишний раз не высовывается. Усидчивые, терпеливые, способные часами заниматься монотонной кропотливой работой.