Надо пару недель отдохнуть, продумывая новую подлянку и опять начать действовать…
… — Что значит «не берут»? — на Азариуса было страшно смотреть, он был белый от бешенства, глаза готовы были метать громы и молнии.
Перед Сайлером лежал золотой имперский «орел», с виду совершенно нормальный.
— Вот так, Ваше Величество. Кто-то усиленно распускает слухи, что наши золотые — наполовину фальшивые. Действительно, проверка показала, что некоторые монеты были в середине сделаны из свинца.
— У нас завелись фальшивомонетчики, Сайлер?
— Не у нас, Ваше Величество. Как видите, качество изготовления на высоком уровне, боюсь, что это действуют враги. Народ помнит судьбу последнего фальшивомонетчика, которого поймали лет двадцать назад.
Азариус тоже помнил. Он казнил всю семью и родню последнего фальшивомонетчика на его глазах с особой жестокостью, а самому мошеннику залили в рот расплавленное золото. После этого те, у которых были мысли насчет такого способа обогащения, решили от их осуществления навсегда отказаться.
— Это, кстати, подтверждает то, что другие государства при расчетах наличными теперь предпочитают золотые талеры Эльфарии, считая только их настоящими, — сказал казначей короны. — «Первый подгорный» — тоже.
— Опять проклятая Эльфария! Какая гномам разница, золото и есть золото.
— С наличными оно так и есть. Вот только оплата по чекам, обеспеченным нашим золотом, не вызывает больше такого доверия. Гномы требуют собственной инспекции нашего золотого запаса, чтобы убедиться в количестве и качестве.
— Хрен им по всей морде, а не инспекция. Все равно все наши золотые слитки настоящие. И я вовсе не собираюсь светить того, что у нас золота больше, чем у Эльфарии, тем более перед кем — перед оборзевшей гномской сволочью? Пошли нахрен, укороченные уроды.
— Кто-то хорошо играет против нас. При обмене нашей безналичной валюты на другие мы хорошо теряем на процентах, и гномам это выгодно. Доходит до того, что безналичный талер идет по курсу на пятнадцать процентов дороже, чем орел, хотя монеты идут один к одному. Зажиточные люди переводят свое состояние в талеры.
— Что-то можно сделать?
— Сейчас вряд ли. Только что проверить все золотые орлы в Зунландии, что вряд ли возможно. Пустить гномов в хранилище и на монетный двор, чтобы убедились — это категорически невозможно и гномы, найдя повод, прекрасно это понимают, но играют на этом против нашей финансовой системы.
Азариус молча саданул кулаком по столу так, что ушиб ребро ладони. Но не боль в ушибленной руке беспокоила его.
Серж наконец-то закончил возню с пробной партией репродукторов. Семь жестяных рупоров из кованой жести разместили на столбах в узловых точках силы, в каждом из районов. Он настоял на том, чтобы их поставили в первую очередь в бедных районах, где большинство горожан были по большей части неграмотными или не могли себе позволить покупать газету, обходясь сплетнями и слухами.