— Пап, ну я же ем, — просит Лёня, потом берет Костю и уходит с ним играть. Он очень ждет, когда брат вырастет, а пока катает грузовики и делает башни из лего. – А ты в маму сразу влюбился?
— Нет, но я увидел в ней потенциал.
— А что такое потанциал?
— Все в ней привлекло меня. Я решил, что она будет идеальной женой и метерью детей.
— Не звезди, решил он, — забираю пустую тарелку и сажусь обратно. Арс откупоривает вино и пока дети играют, мы чокаемся, тут же немного отпивая.
— Слушай, я не понимаю, ты уже мэр, зачем эти интервью.
— Рано или поздно нужно снова будет участовалвать в выборах. И почву нужно готовить заранее, — хватает он мою руку и подтягивает со стулом к себе. – Настоящий герой. Думал не сдержусь и буду ржать.
— Ну если отмести весь негатив, так и было. Если бы не ты, сестра бы умерла, а я стала бы проститутской в местном притоне.
— Ты? Нет. Скорее ты бы окрутила какого – нибудь мажора и стала бы его женой.
— Ну окручивать и добиваться своего ты меня научил. Сама бы я не решилась.
— Я рад, что не решилась и мы встретились. Порой думаю, чтобы случилось, не появись ты в моей жизни.
— Мрак, злоба и саморазрушение.
— Примерно. Ну или убили бы по пьяне. Ты бы знала, сколько я бухал. Тогда, когда домой к вам пришел.
— Так значит увидел потенциал.
— Качественного траха – безусловно.
— Козел…
— Стерва. – дергает он меня к себе на колени. Вино немного проливается ему на шею, марая белоснежную рубашку. Но под ней несколько капелек и я быстро смотря на вход, слизываю их, чувствуя как от запаха кожи и вина тело расслабляется… Хочется уже лечь… Рядом. Вместе. Обнаженными.
— Может детей спать уложим, — хрипит Арс, но время совсем раннее, так что тяну Арса в ванную. Он корчит морду, потому что в ванной не покричать, не выжать из себя всю страсть. Это скорее перекус перед основным блюдом, но мне хватит и его губ между ног. Так что стоит закрыть двери, как он вжимается в мои губы, лаская языком изнутри, мешая слюну и запах тел.
Я дергаю его брюки, а он мою юбку. От нетерпения рвет, разворачивает меня к зеркалу.
Член оказывается во мне слишком быстро. Никакой прилюдии. Когда нужно быстро, мы трахаемсчя как животные. Резко, сильно, на скорость. Он закрывает мой рот рукой, так что звуков кроме шлепков тел и шума воды рядом почти нет. Мы торопимся как можем, тремся друг об друга, сталкиваемся в едином желании кончить. Не во всем мы согласны с друг другом. Часто спорим, ссоримся. Но когда дело доходит до секса у нас всегда утопия, в которой нет места спорам, лишь одно, сплошное удовольствие.