— Прости, — вдруг сказал он, и в голосе прозвучало искреннее сожаление. — Бросать девушку одну — недостойный поступок.
Он говорил это, но выглядел каким-то растерянным. Не из-за меня — из-за того, что увидел в саду. Его так впечатлила картина обнимающихся Эйба и моего сына? Неужели он не предполагал, что Эйбрахам умеет ладить с детьми?
— Да ничего, проехали, — махнула я рукой, стараясь смягчить тон. — Просто лучше больше так не делай. А то не сможешь завоевать сердце будущей избранницы такими поступками.
Он посмотрел на меня странно. Взгляд задержался на губах — на секунду, на две. Я облизала внезапно пересохшие губы и нервно сглотнула. Что-то мне стало не по себе. Вроде бы ничего особенного — просто взгляд, каких я ловила на себе множество раз. Но почему именно от этого, меня бросило в жар?
Что это со мной? Температура поднялась?
— Мне нужно идти, — резко бросил он. — Дела.
Развернулся и выскочил за дверь, будто за ним гнались гончие.
Я осталась стоять посреди холла, глядя на закрытую дверь, и чувствовала, как колотится сердце.
Что это только что было?
Вечер опустился на особняк тяжелыми бархатными сумерками. Я заперлась в своей комнате вместе с сыном, словно в крепости. Ужин мы тоже пропустили — вдвоем. Кевин, как всегда, был только рад побыть со мной, а я — слушать его сбивчивые, полные восторга детские рассказы.
Я правда старалась отвлечься, и поначалу мне это удавалось. Но с наступлением ночи, когда Кевин уснул, меня атаковали сомнения.
Сердце ныло от обстоятельств. Я корила совесть, которая не давала спокойно жить, а в противовес ей ставила благополучие и счастье сына.
Я лишила его одного отца — и ни капельки об этом не жалела. Аркелл никогда таковым не был. Но вот лишить сына отца во второй раз, того, кто только начинал с ним знакомиться и привязываться, — этого позволить я не могла.
Поэтому Кевин до сих пор не знал, кем на самом деле приходится ему Эйб. Да и сам Эйб не спешил раскрывать правду. Я его понимала. Наверное, так правильно: у него есть невеста, и сначала нужно решить щепетильный вопрос с ней. Первый ребенок вне брака — такое себе приданое для жениха.
Так и не приняв никакого решения, я малодушно решила избегать обоих — и Эйба, и Реймонда.
Первый, будто почувствовав, что я на распутье, все чаще стал находиться дома. А вот его кузена после того дня я практически не видела — разве что пару раз мелькала его светлая макушка на первом этаже, но я трусливо тормозила и пряталась за углом. Лишь поздно вечером замечала силуэт, входящий в дом.
Вечера я проводила в комнате одна или с сыном, но предусмотрительно не зажигала свечу. Ложилась рано и вставала раньше слуг. Но сегодня сон не шел. Прошла неделя, а я так и не решила, как поступить.