Оказалось, у мужчины был ещё один сюрприз. Поездка на остров. В лодке, которая была арендована, оказался припас для ночевки на природе. Корзина с продуктами, пледы и моя дорожная сумка. Путь занял полчаса. Ричард правил, а я сидела, любовалась видами, заслонив лицо шляпой и накинув плат на руки, боясь обгореть.
— Расскажешь, как прошла встреча с родными Эмилии? — вопрос застал меня врасплох, не говоря уже о том, что думать о прошлом вечере не хотелось совершенно. — Всё прошло хорошо?
Немного помедлив, взвешивая все «за» и «против», я кратко рассказала о неприятных событиях. Старалась не давать никаких оценок: чужая душа — потемки, что уж говорить о чужой семье со своими устоями? Лишь посетовала, что, возможно, через некоторое время, меня отлучат от рода, если король удовлетворит прошение Парриса фон Риштара.
— Почему тебя это так волнует? Разве ты не заметила, что маги не кичатся высоким статусом, если таковой имеется, за исключением тех, у кого этот самый статус превышает уровень дара. Иногда, вместо фамилии, к имени добавляют прозвище, характеризующее данного мага особенно ярко. Вот я, например, Гризли, а мой сослуживец носит прозвище — Огнедар, потому что считает дар огня самым сильным. Маги-аристократы с сильным даром пользуются родовыми именами, но это по желанию, по большей части в кругах обычных людей. Вот Веррес, например, на службе не пользуется. А Флин настолько известная личность, что его имя скоро станет нарицательным.
— А как же женатые маги? Как подчеркнуть, что эти мужчина и женщина — муж и жена?
— Да очень просто: маги видят по ауре, не маги — по браслетам. Когда рождаются дети, тогда вспоминают родовое имя отца и ребенок носит фамилию, пока не заявит о себе, как маг.
Мы прибыли. Мужчина выпрыгнул из лодки, и протянул мне руку, помогая сойти на берег. Но стоило мне вложить свою ладонь в его, как он огорошил предложением:
— Ты могла бы перейти в мой род. Нужно всего лишь твое согласие на замужество. Примешь мой браслет?
— Что? — переспрашиваю как попугайчик, спрыгивая на песок и пытаясь оттянуть время для осознания произошедшего. — Извини, я услышала, просто… браслет?
— Ты удивлена, — спокойно констатирует Ричард, внимательно следящий за моей реакцией с того момента, как ошарашил меня.
— Конечно, я удивлена. Не каждый день получаю такие предложения. И… я ведь тебе рассказывала, Ричард, о своём прошлом.
Настроение упало, а впечатления от потрясающего дня померкли перед неловкой ситуацией. Для чего я поделилась с ним своим прошлым? Для того, чтобы показать границу наших отношений, которую я не пересеку. Брак? Ни за что. Проходила уже, спасибо, повторять не хочется. В тот момент показалось, что мужчина очень легко отнесся к моим словам, а выходит, что это я приняла желаемое за действительное, сейчас пожиная плоды.