Тем временем, противостояние получило очередной поворот.
Свищ, хоть и выглядит со стороны нескладным и угловатым, но оказался на удивление ловким и сильным. Вот уже держит за шкирку обоих пострельцов, словно нашкодивших котят.
Так, теперь главное, чтобы не покалечили, иначе придётся вмешиваться…
Но не успел…
— Не здесь… — веско проговорил купец. Ему тоже уже успели надоесть эти спесивые нищеброды — В лесок отволоките и всю задницу в лохмотья превратите, чтобы до конца своего путешествия сидеть на ней не могли. И осторожней там, а то с меня самого за них шкуру спустят. Я обещал их живыми и здоровыми в Нерц довести. А если их задницы слегка познакомятся с розгами, я думаю, ничего страшного не случится. И Свищ, отдай этих маленьких бестий своему дружку. Он здоровый бугай, сам справится…
Всё, попали парни под раздачу. Точно достанется им теперь на орехи, вот как извиваются и пытаются лягаться, особенно тот, который поменьше ростом, и у которого на левой руке сплошным кольцом весит белый каменный браслет. Пыталась малышня стянуть его у него с руки, когда он спал, но не получилось, и что самое смешное, парень даже не рассердился на эту выходку и не ругался, а вот как раз ругаться и обзываться он мастер, вон как чешет и не повторяется же не разу! Заслушаешься!
— … Ты, морда поросячья, отпустил быстро, урод. Мозги куриные, куда тащишь, сволочь⁈ Рукожопый, осторожно! Дерево ведь… ай-яй, гад!!!
Бугай, быстро таща за собой упирающуюся добычу, специально саданул особо разговорчивого о толстый пень, что высохший стоял у самой дороги…
Всё, скрылись, только крики так и продолжали оглашать окрестности. Все усмехаются, довольные, что мелкота наконец-то получила своё и каждый крик и оханье, доносящееся из леса, вызывали на лицах у большинства из зрителей, злорадные улыбки…
«Даю десять минут на экзекуцию, а потом вмешиваюсь». — решил для себя наёмник.
И вдруг крики ребятни прекратились, а вот хеканье от ударов, наоборот, стало ещё громче. Правда, теперь к ним прибавились причитания грубого мужского голоса, неожиданно перешедшего на высокой фальцет. Словно свинью в свинарнике режут или из раба, евнуха хозяин делает, а затем всё резко смолкло.
Народ опешил, но никто не решился сходить посмотреть, что же там случилось. Даже Свищ не спешит идти на выручку своему собутыльнику, и только охрана каравана придвинула поближе оружие и скинула удерживающие петли ремней, которые удерживали мечи от самовыдвижения из ножен.
Ого, как испугались!
Минут пять ничего не происходило и вдруг придорожные кусты раздвинулись, и откуда выполз бесштанный и босой родственник купца…