— Сеньор Герреро, — прокашливаясь, обратился к нему друид из толпы, на что мужчина не обратил внимания, поспешив ко мне, к своей женщине.
Он подошел и присел напротив, ибо я уже не могла встать с колен. Лицо его было хмурым, глаза уставшими. Казалось, он был горе-мужем, которого обвела вокруг пальца жена.
— Я уничтожу каждого, кто приблизиться к тебе, — прохрипел он, осматривая мои раны. Да уж, дела мои совсем плохи.
— Я сама смогу это сделать, — грустно улыбнулась я, с нежностью проведя рукой по его щеке.
— Хоть сейчас дай мне шанс защитить тебя, — горько усмехнулся Дамиан. – Я помогу тебе.
— Да ни за что! – вновь дотрагиваясь до лица любимого, ответила в ответ. Мне так хотелось запомнить все его морщинки, голубые глаза, ресницы…
Дамиан положил руку на мой живот и произошло то, чего я точно не ожидала: тепло разлилось по ране, и вспышка энергии, как огромный ком, проникла в тело. Мои глаза округлились от осознания того, что только что сделал любимый.
— Ты…Ты? – шептали мои губы, не в силах произнести это слово.
— Как видишь, и я умею показывать трюки, — заправил он прядь моих окровавленных волос за ухо и с облегчением улыбнулся.
— Но… почему? – я все еще не могла подобрать слов.
— Я скрывал всю жизнь от всех это…
И тут до меня дошло, почему Дамиан не сильно удивился тому, что увидел в окне моего дома. Он знал о существовании магии! Он сам был магом!
— Это Вы на рынке показывали трюк! – крикнула Гульджамал сзади. – На вас была маска, но это были вы, да?
Дамиан кивнул ей.
— Я хотел спасти вас, правда, — грустно произнес он, признавая свое промедление того дня, на что все дамы лишь понимающе кивнули.
Люди с изумлением наблюдали за этой сценой, но за широкой спиной Дамиана не заметили, как он применил собственную магию. Кто-то продолжал бесновать, но уже в тихую, видимо боясь удара свыше за осквернение дома божьего, кто-то крестился, уставившись на двух односельчан, что уже догорали на земле.
— Я принес документ! – крикнул Герреро, встав и повернувшись к толпе. И уже уставившись на сеньора Сервантеса, продолжил: – Приказ самого королевского дома о том, что школа набирает и мальчиков тоже, как и увеличивает штат преподавателей, — и, наклонившись ко мне, прошептал, — тетушка постаралась.
— Я думала она против меня, — изогнула удивленно бровь.
— Она никогда не пойдет против меня. А я никогда тебя не оставлю.
Тут я не выдержала и бросилась на шею к мужчине, которого столько лет ждала. Тот, который сделает все ради нее, вплоть до спасения жизни.
И кто знает, что ждало бы меня в унылой больнице, не призови ее силы этого мира и что могло бы произойти, не будь у нее злокачественной опухоли… Ведь не зря говорят, что все в этой жизни к лучшему. Да и как после всего случившегося этому не поверить?