Вот и сейчас в родных объятьях я расслабилась. Не удержалась и украдкой поцеловала мужчину в шею. Ник рвано выдохнул.
— Осторожней, малышка, а то мы можем не доехать до дома, — предупредил он.
Я рассмеялась, подала ему руку. Мы спустились с крылечка кафе и зашагали к машине.
— Всё хорошо? — спросил Ледянский, когда мы взяли курс на особняк. — Устала, наверное, за эти дни? Я не буду отказываться от няни, не хочу полностью вешать на тебя своего ребенка.
Своего. Я глубоко вздохнула.
— Ник, я не нуждаюсь в няне. Если ты забыл, я сама недавно ею была. Разве только иногда, когда нужно будет отлучиться. Послушай, Никит, — я решилась, — а почему ты выбрал именно меня суррогатной матерью Ляльки?
Мужчина, в отличие от меня, не растерял легкого настроение и улыбнулся.
— Я и не думал смотреть эти каталоги. Зачем? Ведь здоровье должны оценить врачи. Маменька же и Есения шерстили базу. Позже показали мне на одобрение твое фото, и я сказал, что это железно должна быть ты.
Отчего-то внутри меня защемила нежность. Надо же, Ник сразу проникся ко мне.
— А потом?
Никита промолчал, зачем-то полез в свой черный узкий портфель. Впереди образовалась пробка, и мужчина смог пошарить по каким-то потаенным отделам сумки. Достал слегка надорванное фото. В изумлении я узнала на нем себя.
— Ледянский, ты украл мой снимок?! — выдохнула я.
— Именно, — приподнял брови Ник.
Я покачала головой.
— Ну ты и хулиган! И что ты тогда… думал?
Никита усмехнулся.
— Согласись, это действие не подчиняется здравому смыслу. Просто порыв. Позже я убедил себя, что хочу сохранить фото на память. Ведь по идее мы не должны были больше встречаться.
Он поймал мою руку, дотронулся губами до косточки на большом пальце. Я вдруг поняла, насколько я счастлива. До боли, до жуткого страха всё это потерять.
— А почему ты решил, что я захочу забрать себе рожденного малыша? Ты ведь даже пришел со мной говорить.
Линия губ Никиты сделалась жесткой.
— За тот поступок мне до сих пор стыдно, — глухо пояснил он, — я представляю, что ты могла почувствовать. Но я, правда, хотел лишь узнать. Есения тогда очень сильно параноила по этому поводу.
— Неужели у нее были причины?
Ник крепче сжал руль.
— Не знаю, якобы что-то сказал психолог. В интернете она нечто вычитала. Я тогда как раз открывал еще один магазин, голова пухла. Она даже хотела, чтобы я подкупил сотрудника, отвечающего за данные. Информацию о тебе стерли бы, карту уничтожили.
От рассказа Ника меня затрясло.
— А ты?
Он пожал плечами.
— Я бы не пошел на нарушение закона. Поговорил с тобой и велел Есе выкинуть глупости из головы.