Еще придется провести работу с мастерами, найти им смышленых и усердных учеников и даже подсобных рабочих, потом продумать, как организовать мануфактурное производство. Необходимо разделить мастеров и по направлениям: прозрачное оконное стекло, зеркала, бутылочное производство, посуда с вазами и с декоративными изделиями, да те же бусы. Нам же своих «конкистадоров» на Восток посылать, может и пригодятся.
Что касается производства зеркала, то я даже видел, как это делали на острове Мурано. Там выдували большой пузырь, разрезали его, быстро наносили серебряную фольгу или что иное, чтобы затемнить одну строну, ну а после быстро же вставляли еще не застывшее зеркало и полировали его. Но это мурановские мастера, с продвинутой технологией лишь для своего времени. Но можно же раскатывать зеркало валиками. Это быстрее и может получиться более качественное изделие.
В любом случае, ничего сложного в производстве зеркал нет. Это доказывает и такой пример в истории, когда французам все-таки удалось или, относительно этого времени, еще удастся, уговорить трех мурановских мастеров бежать во Францию. Предателей убили, скорее всего спецслужбы Венеции, но хватило очень малого времени, чтобы французы не только переняли технологию, но и быстро стали конкурентами венецианцам. Чем мы дурнее? Ничем. А еще у нас были и богемские стекольщики, которые отлично освоили технологии производства стеклянной посуды.
Скоро… очень скоро, я планирую торговать зеркалами с персами, да, собственно, и с Европой. Венецианские зеркала баснословно дороги, мы немного подепенгуем, то есть поиграем на снижении цены, чтобы вначале выбить конкурентов, ну а после можно некоторое время побыть монополистами. Недолго, так как мурановские мастера побегут по миру, но к этому моменту мы уже должны будем перейти на такой поток продаж, что станем осваивать и рынок не только аристо, но и сделаем доступным товар нарождающемуся третьему сословию.
Плохо делить шкуру неубитого медведя, но порой нами двигают мечты. Великие дела часто начинаются с грез о невозможном, которые постепенно становятся доступными, превращаясь в обыденность. Этот мир двигают мечтатели. И я собираюсь двигать вперед некоторую, уже немалую часть мира, так что мне можно и помечтать. Только так, чтобы никто не слышал и не видел. Мечтающий царь…
— Позволить Ваше Величаства? — задал вопрос один из стекольщиков.
— Ну те на, говори! — я улыбнулся, увидев, как корчит рожицы один из мастеров, силясь обратиться ко мне на европейский манер на русском языке.
— Я не… германи… — хотел что-то сказать, как мне показалось, чех.