Леди Сеймур присела на краешек кровати.
— Не переживайте об Эдварде. У него есть друзья и семья, мы не дадим его в обиду. Все наладится.
— Не думаю, что будет так просто, — криво усмехнулась я. — Маньяк заляжет на дно, у него была цель подставить моего начальника, из-за наших фотографий в газете. А враги шефа, коих, несмотря на его слова, великое множество, постараются ускорить процесс, чтобы довести дело до гильотины. Ситуация невероятно опасная.
— Вы очень переживаете за Эдварда…
Проигнорировав намек, я заговорила о том, что на самом деле было важно.
— Это все из-за меня, — покаялась, и слезы против воли потекли из глаз. — На мне, непонятно почему, помешался этот проклятый маньяк.
— Анна, вам нельзя волноваться, — встревожено заметила леди. — Успокойтесь.
Но я не могла — у меня начиналась полномасштабная истерика.
— И эти газетчики в своей жажде наживы…
— Анна!
— Зачем его величество только назначил меня помощницей? Я приношу одни несчастья!
Змейса встала и, торопливо подойдя к двери, крикнула:
— Мама, позови врача, быстро! У нее нервный срыв.
А я рыдала и не могла совладать с собой. Душу наполнила такая беспросветная тоска, что не передать словами. Хотелось убежать и скрыться от всего этого кошмара. Я совсем не знала, чем помочь шефу, а его мама сидела рядом, прижав меня к себе, и успокаивающе гладила по голове.
Гнать меня поганой метлой она должна была из своего дома!
Врач приехал довольно быстро, но я к тому моменту совершенно обессилила и справиться с эмоциями не могла. Лекарь проверил мое состояние и, что-то шепнув леди Сеймур, усыпил меня.
Мир снова уплыл в темноту.
***
После этого я проспала сутки, а проснувшись, собралась отправиться к себе домой, но меня не пустили. Заставили остаться в постели под наблюдением врача, который, кажется, поселился в этом доме и каждый раз, осматривая меня, хмурился. С домочадцами общалась вежливо, но неохотно, и моя депрессия грозила затянуться, если бы через пару дней не пришел император.
В этот раз меня попросили спуститься вниз, где собрались вся семья — чета Сеймур с сыновьями и бабушкой — и его величество. Расположились все в гостиной и жалостливо посматривали на меня.
Поклонившись императору, я присела около окна и машинально затеребила манжеты на платье, рассматривая узор на ковре.
— Мисс Аркури, с вами все хорошо?
Посмотрев на правителя, я слабо улыбнулась.
— Да, почти пришла в себя после тюрьмы.
— Мне жаль, что вы сначала едва не выгорели на работе, а потом получили такое потрясение. Плюс физическое истощение дало о себе знать. Ее величество спрашивает о вас и беспокоится. Она просила передать: если вы опустите руки, то она думала о вас лучше, чем вы есть на самом деле.