— За Победу, да?
Правильно сказала. Выпили за ту Победу, к которой все присутствующие, пусть и символически, но были причастны. И за новую, до которой еще идти и идти…
Вино (и правда просто удивительной легкости) закончилось, перешли к чаю и тортам. Тут к Женьке пробился дежурный по КПП и сказал, что какой-то гость, припоздавший и без пропуска, заскочил и подарок оставил. Сказал, что улетает срочно, бежит-спешит в Шереметьево, но «покорнейше просит передать и засвидетельствовать».
— Иностранец, похоже. Акцент странный и вообще весь из себя…
— С тросточкой? — догадался Женька.
— Ага. Но он уже слинял. Пакетик оставил…
С пакетиком разобрались позже. А тогда приехал Варшавин со своей психологической королевой и поздравили от лица «ФСПП и всей службы в самом широком смысле».
Опустели блюда и столы, мгновенно самоочистился плац, уехали родичи. Шустро работавшие метлами на плацу комендачи последними пожелали новобрачным счастья и неспокойной ночи.
Женька волок пакеты и коробки с подарками.
— Что ты все заграбастал? — удивилась Иришка. — Давай, небось, не безрукая жена тебе досталась.
— Не, ты так иди, — взмолился новобрачный.
— Вот ты фетишист, — польщенно улыбнулось дивное видение.
Воистину прекрасна была Ирина Кирилловна в фате, форменном комбинезоне и на высоких каблуках.
С подарками потом, урывками между службой, разбирались. Много было надарено хорошего, не столько ценного, сколько полезного и памятного. Но тот отдельный пакетик, конечно, потряс молодых. В смысле, конечно, не сам совершенно обычный из дьюти-фри пакет, а содержимое.
Собственно, открытка и духи там лежали. Флакон грубоватого, неровного дутого стекла в кожаном футляре. На коже вытиснен силуэт замковых башен — видимо, фирменный знак. На другой стороне футляра пейзаж: озеро, берег, густым лесом заросший. Выжжено было тщательно, пусть и не слишком изящно, но любовь к тем озерным берегам художник сполна в свою работу вложил. Ну и грусти в том пейзаже тоже хватало.
Непосредственно о духах можно сказать много, но лучше не говорить. Очень уж неблагопристойно получится. Ирина Кирилловна считала, что это не аромат, а «афродизиак с вкрадчивым напалмом», Евгений полагал, что секрет в букете, чрезвычайно удачно подобранном и безупречно подходящем рыжеволосому объекту. В общем, не нужно об этом болтать. Лучше о главном подарке…
Открытка оказалась полна загадок. Лицевая сторона, расписанная вручную, иной раз вводила в замешательство слегка суеверного товарища переводчика. Вроде бы всего лишь орнамент, пусть сложный и профессионально выполненный. Но аллюзии и ассоциации он каждый раз иные вызывает. Ломкие линии, неяркие цвета и что-то вроде магии. Иришка могла завороженно разглядывать и восторгаться, а мнительному супругу больше нравилось внутреннее содержимое поздравительного послания.