15 октября 201? Года. Москва, Нескучный сад. Лейтенант Отдела «К» Земляков. 7:35
Осень высадилась в Москве как-то внезапно и вероломно. Хорошо, еще стояло относительное тепло, пусть и ветреное. Бежал товарищ Земляков по длинному парковому маршруту, временами сухая листва поднималась с тропинки, взлетала взбалмошным круговоротом, точно просясь обратно на ветви ясеней. Ну, «очей очарованье» Земляков и сам не любил — мрачно как-то, и аутентичные кальсоны приходится на задание поддевать. Ужасный предмет мужского туалета, как себя ни уговаривай.
Евгений напомнил себе, что с кальсонами теперь завязано надолго, если не навсегда, и взбодренно запрыгал вниз по широким ступенькам к реке. Осень — что она, осень. Главное, нос дышит и сопли не текут. А то приволок с Матуа [156] этакое ОРЗ устрашающее, что носового платка на полчаса хватало. Хорошо, что Ирка ту сопливую заразу не подцепила.
Да, с островным «аккордом» закруглились, да и вообще успешно завершилась вся противокукушиная эпопея. Зачистили, хвосты нашли, размололи, гм, в пыль и ту кучку тщательно обеззаразили. В разгаре процесса прямо продыху Отделу никакого не было: операция за операцией, сутки-двое на отдых и вперед. Мемель, Радуевац, Петсамо, Кёнигсберг… «И на Тихом океане свой закончили поход». Теперь бы с отчетностью управиться — писанины на месяц скопилось, это если по самым оптимистичным прогнозам.
Спустившись на широкую аллею, лейтенант Земляков воровато огляделся — никого не было, дальние велосипедисты не в счет. Разбег, почти баскетбольный прыжок — звонкий шлепок ладони поприветствовал тыл чугунной дамы-пловчихи, застывшей в вековечной готовности к прыжку в недосягаемые воды Москвы-реки. Статуя на легкие фривольности не обижалась — все же своя прыгунья, практически коллега. Хотя, конечно, оскотинился товарищ Евгений, шуточки пошловатые себе позволяет. Что несовместимо с высоким званием российского офицера…
Звездочки на погоны получил тов. Земляков месяц назад. В совершеннейшей запарке пребывал, к высадке в Вилково готовясь, но начальство погнало в университет, «договориться и наконец закончить с образовательной бодягой». Договариваться в общем-то не пришлось. Проректор Лидия Алексеевна посмотрела сурово и заявила:
— Могли бы вы, Евгений, и сами прийти. Без всяких предварительных звонков сверху. Мы, между прочим, ситуацию осознаем и относимся с пониманием.
— Некогда, — искренне заверил Женька. — Не поверите, Лидия Алексеевна, столько переводов, что аж глаза на лоб лезут.
— Поверю, — проректор поджала губы, требовательно поправила ворот Земляковской «цифры». — Это СМИ я не верю, но верю собственному опыту. Ступайте в канцелярию, Евгений. Документы готовы, я лично проверила.