— Ни фига я не понял, что вы тут такое заварили, да и ладно. Наша задача ясна, ее и выполняем.
— Кто спорит, — Гавриков, сидя на корточках, споро снимал жесткие диски сервера…
По стенам вновь стукнули пули. Это из «мосинки», что ли?
— Я на крышу, — вздохнул Женька. — Держимся, может, из города милиция-полиция какая нагрянет. Или из аэропорта…
— Не подойдут. Тут у них все круто изменилось…
— Я уже догадался. За фрицем следи. Скользкий. Что бы тут ни менялось, герр Визе следует прямиком в Отдел. Или никуда не следует. Но это, естесно, если до самой жопы досидимся.
— Найн, — прошептал чуткий штурмбаннфюрер. — Найн…
От ангара постреливали, но неубедительно. Видимо, и стволы не те, и не успело осмыслить ситуацию черномордое воинство. Женька, кряхтя, забрался на крышу «стекляшки». Столбы рядом с внезапным «редутом» были сложены, бочки со старой краской: материалы иные, а атмосфера та же — военно-разбитая. Будто и не миновало семь десятков лет. Земляков прополз по старому, в кляксах смоляных заплат, рубероиду, занялся наблюдением.
У ангаров продолжали мелькать суетливые фигуры. Стукнул очередной выстрел — вздрогнула, прошитая насквозь, жесть забора. Да, с этим ограждением неудачно выходит: подберутся вдоль него к «редуту», это уж точно. Приглядывая за обстановкой, младший сержант дозарядил рожок автомата. Осталось еще четыре лишних патрона — роскошь неимоверная.
Донеслось урчание мотора — мелькнул за ангаром подъехавший микроавтобус, за ним легковушка. Надо полагать, не диетический обед черноголовым орлам привезли. И дождик начал накрапывать. Пустырь за забором крепко запах влажным бурьяном, дикостью первобытной, а дальше во влажной дымке угадывались дома.
— Красивый город, да дуракам достался, — пробурчал Евгений Земляков.
Промокала гимнастерка на спине стрелка, и ждать, когда полезут, становилось невмочь. Голова ушибленная болела сильнее, мозжило сломанные пальцы, остальные побитые части тела тоже дружно решили о себе напомнить. С левой ногой вообще глупо: пистолетная пуля каблук сапога ковырнула, практически оторвала. Ступать неудобно, контуженую пятку саднит — ну все как обычно у везучего толмача. Да когда ж они полезут, сволочи⁈
…Полезли, конечно. Вдоль забора двинулись, оригиналы этакие. Переводчик огня АКСУ стоял на «од», Женька подождал, пока смельчак в камуфляже, густо облепленном непонятными нашивками, протиснется сквозь щель между гремучими листами профнастила, и щелкнул героя в грудь. Тот выронил пистолет, повалился. Второго Женька, вовремя сообразив, ранил одиночным в бедро — хлопец вопил, его выволакивали назад, шаткий забор чуть не обрушили. Пройти бы парой очередей по эфемерному прикрытию — двух-трех бандер точно бы задел. Но имелось у младшего сержанта волевое решение стрелять наверняка, и характер тов. Земляков твердо выдержал…