Но за этой безжалостной внешностью ледяного чудовища скрывалась женщина, любившая меня преданнее многих кровных родственников. Её сердце, казавшееся ледяным монолитом, хранило в себе столько тепла, что, будь оно из обычной плоти и крови, давно бы разорвалось на мелкие частицы. — О боги, Лиура, я больше не могу слушать твоё вечное карканье! — простонала я, поглубже зарываясь в подушки. — Жду не дождусь девятнадцатилетия. Первым же указом отправлю тебя в самое жаркое пекло этого проклятого мира. Пусть твой язык там наконец обуглится и отвалится!
Наша ежедневная рутина неизменно начиналась с самых отборных ругательств, припасенных в словарном запасе. Я знала, что дразню дракона, а Лиура прекрасно понимала, что будит северную змею. — О, я непременно возьму тебя с собой, — без малейшей паузы парировала старуха, — исключительно ради того, чтобы ты могла сполна насладиться этим зрелищем. А теперь — подъём, девочка. Лёд на крыше растает быстрее, чем я успею дотащить тебя до столовой вовремя.
Тёмное полотно вечера уже опустилось на город, стягивая его в нежный кокон зимнего сумеречного спокойствия. Угольно черное небо с фиолетовым отливом касалось самого горизонта, будто кто-то старательно растушевал его мягкой кистью. Звёзды рассыпались по небесному холсту, мерцая как летние светлячки, сбившиеся с пути. Снег падал медленно и лениво, крупными, пушистыми хлопьями укутывая землю в новое белое покрывало.
Я сидела на подоконнике своей комнаты припав носом к холодному витражному стеклу, наблюдая, как по нитке к замку стекались кареты, повозки и санные упряжки. Дорога блестела от наледи и фонарей, отражавших отблески пламени в снежных разводах.
Гости прибывали с пафосным блеском. Девушки в разноцветных шелковых платьях ступали по ледяной лестнице с таким видом, будто сами шили эти наряды из драгоценных рассветов. Звонкий и показной смех, долетал до остроконечных шпиль ледяного дворца раздражая многовековой лед. Волосы южных красавиц были уложены в высокие прически, что под ними, я уверена, могла бы спрятаться пара маленьких фей выскочек.
Лошади тоже сияли конфетными обертками. Длинные гривы заплетены в сложные косы и украшенные красными и зелёными лентами. Даже хвосты выглядели наряднее, чем я на праздниках собственного королевства. Один жеребец искрился праздничной гирляндой, и с головы до копыт был покрыт блестками.
Боги святейшие! Сомнений не оставалось. Пожаловала Южная делегация.
Конечно. Никто, кроме них, не вздумает приехать в заснеженную северную столицу как на летний карнавал.