С холма наконец-то все увидели погост, к которому шли. В отличие от традиций Кириного мира, здесь царил небольшой хаос. Надгробные камни и плиты стояли не рядами, а, на первый взгляд, как придется. Правда, если присмотреться, то виделось, что они как будто все стремились к высокому памятнику примерно в центре кладбища. Отчего казалось, что могилы все же расположены полукружиями. Но не очень четкими.
— Там какое-то местное божество? — поинтересовался Вук Михалек, показывая на памятник в центре.
— Нет. Это могила якобы основателя этого небольшого поселения. Сначала был просто камень с именем и датами. Чуть позже местные общины поставили памятник в полный рост.
Спускаясь по холму, Кира заметила, что журналистка ковыряет уши и периодически пытается отдернуть лингу, как штору.
— Местные считают, что убирать лингу с лица на улице — плохая примета, — сказала ей Кира. — Так можно подхватить проклятье.
— Боже, еще не хватало мне верить в суеверия! — небрежно бросила та.
— У нас есть чародеи, поэтому проклятье здесь не выглядит как суеверие, — заметил Деян.
Журналистка опустила руку и зло выдохнула. А Кира поймала смеющийся взгляд Деяна.
Спуск с холма оказался скользким, но мучилась и ругалась только Искира. Хотя ни разу не упала, да в принципе и не пошатнулась.
Деян провел их по краю кладбища и вывел в спину стоявшей статуи. Точнее, они были от нее на значительном расстоянии и рассмотреть в деталях не могли, но то, что это спина, Кира могла сказать наверняка.
— Эти могилы не особенно ухожены, — проговорил Вук Михалек, когда они остановились среди серых валунов с надписями.
— Потому что это всё могилы тех, кого ссылали сюда. У них нет родственников, приходящих посмотреть на камни, — пояснил Деян. — Изредка местные наводят порядок. Но в основном эти камни просто стоят.
— Их слишком много, — пробормотала Искира, пытаясь прочитать хоть что-то на камнях, но безрезультатно. Имена писали альбонскими буквами. — Я помню, как ссылали сюда некоторых. Их было всего трое. Двое врагов того, как его, Саха Мироша. И один какой-то мелкий клерк из банка, даже не помню, из-за чего его выслали.
— Он, по версии следствия, украл несколько миллиардов и спонсировал разные неугодные организации. В том числе какие-то сомнительные религиозные, — ответила Мира, тоже всматриваясь в самодельные надгробия. — О, а это по-болски!
— Ен Лама, — прочитала Искира. — Деян, это писал ты?
— Нет. Вроде бы он оставил каменщику записку, что должно быть на его камне. Вот и весь секрет. Он прожил в Альбоне больше двух лет и только потом умер, — пояснил Деян. — Я его не знал, но мой сосед был знаком. Дал ему работу. Говорил, что человек умел делать отличные вещи из кожи. Но потом умер от какой-то легочной болезни.