Она не предаст своего сына во второй раз!
— Там моя дочь! И сын!
— Мы не можем никого пропустить. Это приказ!
— Чей⁉
— Полковника Рудова…
— ЧЕЙ⁉
Вот Борис достает из кармана телефон, а спустя десять минут…
— Борька, мать твою!
— Серега! Именно, что твою мать!
Полковник оказался крепким мужчиной в возрасте, те же лет сорок — сорок пять.
— Ты командуешь?
— Генерал тоже скоро будет. Тебе чего?
— Кирюха там! И Гошка.
— Гошка — это…
— Мой сын! Неважно!
— Э….
— Серега, ты мне скажи, что и как…
Полковник развел руками. Видимо, с Борисом его связывала давняя дружба.
— Там их человек десять, может, двенадцать. Пронесли оружие, пристрелили охрану, да толку-то от нее… тьфу! В общем, народ собрали в центре первого этажа, и при малейшем нашем движении угрожают взорвать бомбу…
Анна вспомнила, что была с детьми в этом проклятом «Маугли». Как он построен?
Прямоугольником. Большой холл, по которому в обе стороны идут магазины. Проходишь до конца, там лифт и эскалатор, поднимаешься на второй этаж. Там развлекательный центр. И в подвале тоже он есть. Но с первого этажа есть много выходов. А из подвала их нет. Там крысоловка.
Окон в центре нет, запасные выходы есть, но их достаточно легко заблокировать.
Антитеррористические мероприятия?
Да, есть такое слово, но именно, что слово. Не дело…
Единственный подходящий вход — центральный. Но врываться туда, под автоматы, под заложников… покрошат же всех, в капусту…
А если еще и бомба?
— Борь, я тебя понимаю. Но надо потерпеть. Мы ведем переговоры…
Анна вмешалась неожиданно.
— Я должна попасть туда.
Полковник посмотрел даже с сочувствием.
— Девушка, вы там ничем не поможете…
— Если я попаду туда, я просто убью террористов, — спокойно сообщила Анна. Прости, Хелла. Но беречь этот секрет сейчас? Ценой жизни своего сына?
Ответом был соболезнующий взгляд.
— Борь, у нас тут хороший медик. Может, девушке новокаинчика?
— Серега, ты меня сколько знаешь? Аня, может, тебе и правда…
— Не надо, — Анна улыбнулась одними губами. — Боря, ничего уже не надо. На два слова, ладно?
— Хорошо.
В этот момент у Анны словно компьютер в голове щелкал.
Ее не пропустят. Даже если она кого-нибудь убьет на глазах у всех, ее все равно не пустят к террористам. И ее сын погибнет. А она… она завязнет в выяснении пустых отношений, хорошо хоть ненадолго. Ни к чему.
Надо в бейдвинд, как яхта.*
*_ Бейдвинд — острый курс, когда яхта идет практически против ветра. Прим. Авт.
— Медики вон там, — кивнул полковник на белую машину с красным крестом.
Аня не обратила на нее внимания.
— Боря, прости меня. За все прости. Я тебя люблю…