Для пансионата богатых стариков здесь было слишком тихо и темно. Только ветер качал ветви деревьев. И никакой охраны.
Я увидела деревянную табличку. Стерев с неё пыль, прочла надпись: «Ивовая роща».
— Эй! — крикнула я, подходя к воротам. — Есть кто-нибудь?
Ответа не было. Зато створка ворот медленно скрипнула сама. У меня неприятно кольнуло под рёбрами.
— Ненавижу такие места… — пробормотала я и шагнула внутрь.
Ну что я могла сказать о богатом пансионате… Дорожка к дому заросла травой. Некоторые деревья, надломанные, видимо, после дождя, так и не привели в порядок. Под ногами хрустели ветки. То тут, то там валялись какие-то предметы для ухода за садом, которым здесь явно не место.
Интересненькое место, конечно. Может, никого нет дома? Я уже была готова вернуться к машине, когда увидела свет в одном из окон второго этажа.
— Ну слава богу…
Я поднялась по ступеням и постучала. Но в ответ — тишина. Постучала ещё раз. Затем слегка толкнула дверь, и — о чудо! — она поддалась. Вот только скрип был как в самых пугающих триллерах. По логике жанра сейчас из-за угла выскочит клоун, или убийца с пилой, или, ещё хуже…
— Ладно. Это уже вообще не смешно, — пробубнила я самой себе и зашла внутрь.
Не привыкла бросать дела на полпути. Ничего не могу с этим поделать.
Внутри пахло сыростью, пылью и… чем-то знакомым, но почему-то неприятным.
— Ау… Кто-нибудь дома? Меня вызвали.
Ответом мне стал глухой удар где-то наверху, за которым последовал… детский плач.
Я резко подняла голову. И в этот момент весь дом содрогнулся от страшного мужского крика:
— Стоять…
Крик резко оборвался, но тишина после него показалась ещё страшнее. Первая мысль — пьяный старик избивает ребёнка. Семейные конфликты не моя работа. Я должна оказывать первую помощь и сопровождать в больницу, если этого требуют обстоятельства. Но уйти не могла. Там ребёнок и пьяный мужик.
Решающим фактором стал очередной грохот. На этот раз — громче.
Я рванула к лестнице прежде, чем успела подумать о последствиях. А чует моя пятая точка — их не миновать.
Внутри поместья было холодно и сыро. Сквозняк гулял по пустым коридорам, шевеля тяжёлые шторы. Под ногами скрипели старые половицы. Где-то в глубине дома снова послышался детский плач.
— Есть кто-нибудь? — крикнула я, взбегая по лестнице.
Понятное дело, кто-то есть. Вот только отвечать мне никто не планировал.
На втором этаже горела только одна лампа. Лампа со свечой. Совсем эти богачи из ума выжили. Но об этом я подумаю позже.
Тусклый жёлтый свет падал на длинный коридор, в конце которого была распахнута дверь. Именно оттуда доносились шум и хриплое, рваное дыхание.