— Не знаю, — рыжеволосая аристократка пожала плечами. — Наставница не делилась такими подробностями, но медицинский курс точно будет. Наверное, и «аналоги» других предметов…
Планомерно всё перетекло к обсуждению будущего расписания, что, впрочем, было всего лишь поводом поболтать. Мы не знали ни того, что будут за предметы, ни того, как студентов станут делить по годам и потокам, а потому могли лишь гадать на кофейной гуще.
А так как никому никуда не нужно было сегодня торопиться, мы просидели в обеденном зале ещё час, уделив немного внимания свежей выпечке с чаем.
И получаса не прошло, как наша компания плавно разделилась «по интересам», и мы с Эльзой сместились на край стола, прихватив с собой тарелку, полную сдобных булочек.
— Лекс, а если серьёзно? — Эльза оперлась спиной на моё плечо, скинув туфли и вытянувшись на лавочке ногами в сторону стены, рядом с которой мы и сидели. — Что у тебя там на самом деле? Если, конечно, ты из-за Белль с Мариэллой не стал говорить, а не… в целом из-за секретности.
— Если обобщить, — начал я, подбирая слова так, чтобы опустить изрядную долю лишних сейчас деталей, — то отец считает меня особо ценным активом рода. Он очень озабочен моей безопасностью, и потому поспособствовал тому, чтобы в Академию прислали именно Родерика. А ещё брат здесь для того, чтобы проконтролировать меня. Присмотр и одновременно политический жест, закрепляющий, так скажем, мою значимость в глазах окружающих. После предыдущих трёх лет затишья это сочли нелишним…
— То есть, по большей части, всё действительно сводится к тому, что тебя не хотят потерять, — Эльза улыбнулась подозрительно довольно. — Это хорошо, Лекс. Это очень хорошо. Если честно, я опасалась того, что с семьёй у тебя всё будет непросто, но… тебя приняли и оценили. Я рада…
Я мягко улыбнулся:
— Кажется, ты придаёшь этому слишком большое значение, Эльза. Я не сахарный, не растаял бы от… — я неопределённо повращал в воздухе рукой, — от недооценённости. В каком-то смысле, это могло быть и благом…
— Но не в такой ситуации, Лекс, — Эльза поймала мой взгляд. — Ты же сам сказал, что я — твой гид в политике. И, как твой гид, я могу с уверенностью сказать, что тебе нужна помощь Лазарей как рода. Ты слишком быстро и слишком высоко взлетел, чтобы самодовольно рассчитывать только на собственные силы… да ты и сам это прекрасно понимаешь, не дурачок же.
Эльза повернула голову, прижавшись ухом к моему плечу. Вздохнула.
— Понимаю. Но считаю, что в случае необходимости справился бы и сам…
«Полагаясь на свой опыт из первой жизни, конечно же. Но — сам».