Я неопределённо покрутил рукой в воздухе, не став прямо указывать на нежелательное присутствие Лизы, и уж тем более — медсестры.
— Прогуляться? — Эльза вскинула брови и на секунду застыла. — Ты серьёзно, Лазарь?
— Абсолютно, — я глубоко кивнул, улыбнувшись. — У тебя сегодня как со свободным временем?
Лиза демонстративно прокашлялась, глядя на нас с каким-то насмешливым взглядом исподлобья:
— Эльза сообщит тебе о своём свободном времени позже, Лазарь. Давай-ка ты сейчас пойдёшь по своим делам, а её я забираю, — Громова стремительно приблизилась к Эльзе, подхватив её под локоток и потащив на выход. — Всё потом, Лазарь!
— Эм… — я успел только рот открыть, когда Лиза уже вытащила возмущающуюся девушку наружу — лишь каскад рыжих волос мелькнул, и только. Хлопнула дверь, и я остался стоять посреди перевязочной с невысказанным вопросом на языке: что это было, и почему у меня такое ощущение, что надо мной поржали?
— Господин Лазарь, если у вас нет жалоб или просьб, пожалуйста, освободите кабинет, — от терминала отлипла медсестра, взгляд которой был не менее ехидным.
— Да-да, конечно…
На ходу застёгивая пуговицы, я вышел в пустующий коридор. Ни Элизабет, ни Эльзы. Только тишина и шелест вентиляции.
«Это была плохая идея, или очень плохая идея — вот в чём вопрос. Остаётся только надеяться на то, что я не наломал дров ещё больших».
В холл восточного крыла я вернулся в мрачной задумчивости.
Абитуриентов тут уже прибавилось — с десяток человек сгрудились у доски объявлений, обсуждая что-то вполголоса. Несколько парней у кресел громко спорили о том, какая подготовительная секция даст увеличит их шансы на поступление, пока третий указывал на то, что за несколько дней из них атлантов не слепит даже сам батюшка-Император. Чуть поодаль обнаружилась и одна-единственная девушка, что-то читающая на экранчике своего браслета и постоянно озирающаяся: ждала кого-то, не иначе.
Убедившись в том, что тут делать нечего, я уже собирался подняться к себе, чтобы сориентироваться относительно обязательной к изучению литературы, когда меня окликнули:
— Господин Лазарь! Господин Лазарь!..
Комендант, этот пожилой мужчина с военной выправкой и статью в каждом движении, вчера распределивший нас по комнатам, сегодня выглядел ещё более официально: его китель был застёгнут на все пуговицы, а на груди блестел начищенный до блеска значок с символикой академии.
«Не иначе, как вчера мы были сродни дождю в ясный день. А сегодня он успел принарядиться».
— Я вас слушаю, господин комендант, — я подошёл к нему ближе, обозначив приветственный полупоклон.