Её бедра приподнялись и опустились, принимая и туго сжимая меня со всех сторон. Я так соскучился по этому ощущению, что сам не смог сдержать стона. Мне хотелось войти рывком, как можно глубже, но она не позволяла мне резко двигаться. Всё, что я себе смог, это сильнее сжать её ягодицы.
Она опустила ладони мне на грудь, я думал, что она хочет опереться, а потом почувствовал её ци, которая легла поверх моей собственной энергии и потекла рядом. Я снова увидел её не как женщину из плоти и крови, а как сияющее созвездие. Это было так красиво — чувствовать, как два потока идут бок о бок, не сливаясь, но и не мешая друг другу, как две реки, которые текут по одному руслу.
А потом она начала двигаться, и потоки слились воедино. Её энергия отзывалась на мою, моя на её, как синхронный вдох и выдох. С седьмой звездой, все ощущения были острее. Я чувствовал всю её почти так же ясно, как самого себя.
Мэй Сюэ наклонилась ближе, и я почувствовал, как её ци начала двигаться целенаправленно. Осторожно, по краю, обходя седьмую звезду стороной, она шла глубже, туда, где наставница обнаружила старый рубец в структуре даньтяня.
Её ци мягко коснулась рубца, будто обняла и погладила его, а потом попробовала осторожно разгладить его.
Рубец не поддался.
Она попробовала ещё раз, и я почувствовал лёгкое сопротивление в самом центре даньтяня. Боли не было, но я ощущал неудобство, как будто узел на гладкой ткани, и теперь он мешал и цеплялся. Ци жены текла вокруг, согревала и искала слабое место у старой раны, но рубец стойко держался.
Мэй Сюэ не торопилась, продолжая ритмично двигаться и потихоньку ускоряя темп.
Я следил за тем, как она работает краем сознания, но всё моё существо было занято совсем другим. Её волосы падали мне на плечи. Её дыхание было тёплым и сладким. Резонанс между нами поднимался и опускался в такт, словно волны, усиливая удовольствие.
Рубец снова не поддался.
Я почувствовал, как она останавливается, не на физическом плане, а на духовном. Видимо её чутьё хорошего целителя дало знать, что сейчас не время, и не стоит давить слишком сильно.
Она подняла голову и посмотрела на меня. В глазах у неё за сладкой блестящей поволокой удовольствия была спокойная сосредоточенность.
— Не поддаётся, — тихо выдохнула она.
— Не страшно…
— Это старый шрам. Там много всего, — она помолчала. — За один раз не сделаешь.
Я с трудом удержал довольную лыбу, в которой пыталось разъехаться моё лицо, когда представил сколько нежных встреч нам ещё предстоит:
— Не торопись.
— Я попробую снова, — сказала она. — И буду пробовать каждый раз, пока он не поддастся.