— Ну это несложно добавить…
— Да конечно! Это дополнительные затраты! И я не собираюсь их тебе оплачивать! А вообще… Это ты мне должен восполнить упущенную прибыль!
— Но вы-то не понесли никаких затрат, и о какой может быть прибыли речь, если это просто прототип? — напугался молодой мужчина, но пожилой уже успел нас заметить и злость резко стекла с его лица, превратившись в вежливую улыбку.
— Чем я могу вам помочь?
— А знаете, господин Окао, — молодой, решив, видимо, что при свидетелях хозяин лавки сдержится, вдруг совершил неожиданный поступок. — Я увольняюсь. Ученический у меня закончился ещё полгода назад. Я вам больше ничего не должен, вы мне тоже. До свидания! — с этими словами он выскочил за дверь, а я раздумывала лишь секунду. А потом бросилась за ним со всех ног.
— Простите! Постойте! — поймала я его за рукав метрах в десяти от лавки. — Я случайно стала свидетелем вашей разборки с хозяином лавки…
— Что вам нужно, мадам? — он устало вздохнул, и я получила возможность приглядеться к его лицу. А ведь он может и не старше меня даже.
— Я — магистр Лазарева из пограничной академии… Вы же артефактор? И, судя по всему, хороший, раз ваши экспериментальные модели работают? — немного подольстилась я.
— Считался одним из лучших на курсе. Только как у сироты денег не было расплатиться за учёбу, а мой договор с академией перекупил Окао. Пришлось работать на него. Плохое решение… Но как есть…
— А почему он сейчас на вас ругался, вы же ничего противозаконного не совершили?
— Нет, что вы. Я всего лишь добавил в него возможность записывать звук. Знаете, вдруг умная мысль придёт, а записать нечем или некуда? У меня такое часто бывает, вот я и решил, что возможно многим пригодится. Я сделал это на нескольких экземплярах, уточнил перед продажей, не против ли они, нужно ли то им, и объяснил новым владельцам, как пользоваться. А кто-то поблагодарил господина Окао за такое дополнение.
— А он решил, что вы неправы, раз не предупредили его и не поставили цену выше…
— Он прав, я должен был его предупредить…
— Но истерить по этому поводу не было причин, — хмыкнула я, уж больно расстроенное лицо было у местного изобретателя. — Слушайте, а у вас прямо диплом артефактора?
— Да, я имею право работать как мастер, а не подмастерье. Просто я так был благодарен господину Окао, что не замечал очевидного. А с его характером станется предупредить всех, чтобы не брали меня на работу. Придётся уехать… Куда, на что? Что я наделал? Я же жил у него на мансарде! Вряд ли он позволит остаться, — взгляд его стал испуганным, словно он только что осознал, что натворил. — Может вернуться, извиниться?