Дождь здесь прекратился, в центре, вокруг факела, в кратере — земля была сухая и каменистая, там стояли странные конструкции, наблюдательные вышки и стены, наполовину разрушенные, наполовину скрытые туманом. Языки тумана поднимались на пару сотен метров и то и дело опускались на ближайшие деревья.
— Они, типа, что, напитываются энергией? — спросил я, показав на практиков, восседающих на полянках вокруг.
— Вон там — дежурные практики. Следят за мелкими чудовищами. А это всё приезжие. Туристы, или бывшие туристы, оказавшиеся адаптантами. Я бы не сказала, что это полезно делать, баланс ци, меридианы, всё прочее. Приходила к нам в госпиталь парочка после того, как посидели тут пару суток без перерыва… если долго здесь находиться, то начинается что-то вроде лучевой болезни. Да и опасно сидеть, то и дело что-то выпрыгнет. А вон, смотри, главные ловушки на просеке! Уже отремонтировали, и горелый лес вырубили.
— А он всегда такой был? — кивнул я на Поток. — Здоровый.
— Диаметр колеблется, каждый год растёт на пару метров, — пробасил молчаливый доселе амбал Ли. — Хотя на третий год уменьшился. Но стены возвели в первый же год, когда ещё не поняли этого. Мы не за этим пришли. Идём.
На той же опушке, на вершине холма была небольшая ограда, оплетённая ленточками, с некоторыми подношениями. Там сидел с закрытыми глазами такой же охранник, поднявшийся, как только пришёл Ли. Ли занял его место.
Я не сразу сообразил, что находится за его спинами. Сперва я подумал, что это какие-то странные валуны, но потом вдруг пришло осознание, и мурашки пробежали по стене.
Это были черепа. Черепа тех самых зодиакальных существ, здоровенные, от полуметра до трёх метров в поперечнике.
— А чего их десять? Чудовищ же было всего… семь?
— Петух Чанфу — он же был трёхголовый. А вон, смотри, черепа мелких
Черепа были клыкастые, шипастые, рогатые, лишь один, от великана Тими, поразительно напоминал человечий. Хотя, скорее, не от Homo Sapiens, а от какого-нибудь огромного австралопитека.
А на самой вершине лежал череп Великого Подземного Змея. Тот самый, в который мой дед всадил меч. Получается, все черепа подкладывают под него, приподнимают.
Стоп. А что это там наверху сверкнуло? Уж не меч ли?
— Что там, наверху?… — спросил я Сян.
— Меч, — кивнула она.
— Дай угадаю? — усмехнулся я. — Который никто не может выдернуть?
— Ага, — кивнула Сян без тени иронии на лице.
— Серьёзно? Не шутишь? Я-то пошутил. Хм… что ж, мне попробовать, что ли?
Я шагнул вперёл, примерился, как получше залезть.
— Не дури, это музейный экспонат, — сказала она.