И правда, для южного побережья Китая — было суховато, тут какой-то почти средиземноморский климат получался. Видимо, луч Основного Потока ощутимо повлиял на климат, тучи разгоняет, или что-то такое.
Мы прошли через ограждение и бодро шагали по парковой дорожке. Музейная территория вокруг всё ещё продолжалась, кое-где даже сохранились старые таблички с декоративными растениями. Лес здесь был молодой, судя по всему, но постепенно становился всё гуще и гуще. И тут, и там были полянки, некоторые — напоминавшие следы от взрыва мины. Некоторые полянки были вытоптанные, на одной из полянок я увидел медитирующего практика в саронге. Дальше — новый забор с ограждением, кованым, прочным. Там всё тоже вовсю колосилась поросль, внутри было невысокое полузаброшенное здание, вокруг которого стояла техника. Танки, бронетранспортёры, джипы, какие-то хитрые военные бульдозеры для химзащиты…
И, внезапно, там стоял вертолёт. Крашеный в цвета министерства общественной безопасности, огромный — знакомой советской модели, то ли Ми-28, то ли Ми-26, я их ещё в той, прошлой жизни путал.
Дождь между тем усилился.
— Идём, — попросила Сян. — А то я совсем промокла уже.
Шли дальше. Неожиданно сопровождающий нас амбал Ли прыгнул в кусты, вспыхнуло бледно-голубым, потом я услышал, как он пробормотал:
— А, всего лишь фей-ю.
И после он вышел с довольным видом, сжимая в руках странную тварюгу — помесь рыбы, летучей мыши и лягушки. Пару секунд она дёргала хвостовым плавником, затем утихла, вспыхнув на миг белым сиянием, растёкшимся по руке.
— Бесплатный аккумулятор ци, — прокомментировала Сян. — Самая популярная тварь, вылетающая из Основного Потока. Их пару сотен в день вылетает.
— Жалко… фей-ю, — прокомментировал я, а сам теперь смотрел по сторонам куда внимательнее.
Людей было мало, один раз ребята в саронгах, охранники парка, пара туристов и пара бегунов бегуны, видимо, занимающиеся культивацией. Один из них пробежал, держа на голове в связке четыре здоровенных каменюги — да уж, интересный способ практиковаться. Охранники же на миг напрягались, вглядывались в меня, но после кивка Ли — проходили мимо.
Факел Основного Потока то и дело проглядывал среди деревьев. Уже слышался мерный тихий гул, одновременного и немного пугающий, и какой-то зовущий.
— Уже скоро, — прокомментировала Сян.
Итак, мы поднялись на холм и вышли на большую поляну, откуда открылся вид на Основной Поток.
Парк был приличным, километра четыре с севера на юг и километра два в поперечнике. Центральная площадь, на которой всё и произошло, теперь сильно увеличилась в размерах, до километра в ширину. По краям появились вырубки, уже слегка заросшие обратно молодой порослью. Воздух гудел, ныл. Всё тело словно пронизывала невидимая энергия, от которой бросало в пот. Я прикинул, взглянув на фигуры туристов, толпящихся поодаль — факел был в районе семидесяти-восьмидесяти метров в поперечнике.