— Эти готовят восстание, тихо поднимают народ, — шепнул бородатый. Голубые глаза его величества медленно поднялись на побледневших гостей.
— С имянаречением, ваше высочество, пролепетали гости, спешно удаляясь подальше от ледяного взгляда.
— Я запомнил, — послышался мягкий и вкрадчивый голос. Взгляд
И вот настал момент, когда от лица принца его величество встал поблагодарить всех присутствующих.
Судя по интонации, непередаваемой цензурными словами, улыбке, которая иногда скромно украшала бледное лицо и атмосфере всеобщей напряженности, придворные хотели, чтобы его величество был неблагодарным. И просто отпустил их домой.
— На балкон, — послышался голос бородатого.
Извозчик впрягся и понес весьма подросшего принца в сторону процессии. Огромные врата открылись, и мы очутились на балконе.
— Принц! Принц! — скандировала толпа, пока виновник торжества решил тихо всхрапнуть. Он устал, все отстаньте. «Закругляйтесь!», — зевнуло пушистое чудо, свернувшись на моих руках.
«Вы там скоро?», — сонно и недовольно посмотрели голубые глазки. Я начинала узнавать это взгляд.
Малыш потянулся. Лапа уперлась мне в подбородок. Вторая отогнула корсет.
Его величество был прекрасен и краток.
— Подними малыша повыше, — лизнули меня взглядом, а я направилась в сторону балюстрады.
— Ура!!! — разразилась толпа. Маги стояли наготове. Его величество повел плечами, словно готовясь к прыжку.
Настроения в толпе менялись. Они то роптали, когда видели его величество, то радовались, когда видели маленького заспанного принца. Одиночный крик «доло й!», утонул в гуле голосов. По толпе шел недовольный ропот. Придворные, которые высыпали вместе с нами на балкон, улыбались. Но ровно до тех пор, пока на них не поворачивались голубые глаза.
Пора! Потом еще спасибо скажут!
— Я, как будущая королева, заявляю! — наконец-то произнесла я, когда народ притих.
«Долой узурпатора!», — послышались голоса в тысячной толпе.
— Долой его королеву! Он убьет принца!
— Как будущая королева… — громко заявила я, внутренне сжимаясь от страха. — Я знаю, что вы все переживаете за судьбу принца. Я тоже за нее очень переживаю! Поэтому…Я заявляю, что принц будет усыновлен нами!
Я набрала воздуха в грудь.
— Мы с его величеством решили его усыновить! Теперь — это наш сын! — выкрикнула я.
В толпе стояла гробовая тишина. Слышно было даже, как кто-то чихнул.
Народ не знал, как реагировать. У меня тряслась коленка, но этого никто не замечал.
— Пойдем, малыш, — прошептала я, возвращаясь на место.
Улыбки на лицах придворных тут же поникли. А что не так? «Бедного принца мучают, бьют, голодом морят? Бедный маленький узник — сирота, которого никто не любит!», — сочувственно посмотрела я на собравшихся на балконе. Ну конечно люди соберутся, если им такое рассказывать. А тут все просто, доступно и понятно. И, главное, без испорченного телефона дворцовых сплетен про несчастную судьбу малыша.