К этому времени в комнату Коровина набилось слишком много понятых. Уже вечер, и праздные жильцы, кто вернулся с работы и не успел еще засесть за телевизор, карты и прочие домино с воблой, высыпали на шум в коридор, вытягивали шеи и пытались заглянуть в комнату Коровина. Полгода она стояла чуть ли неоткрытая нараспашку, и никому дела не было, а тут вдруг всем стало жутко любопытно, где проклятый шпион рацию хранит, шифровки и немецкую форму. Хотя все понимали, что форма должна быть американской, но это штука такая — как она выглядит, никто не знал, а вот немецкую из фильмов каждый представить себе мог. Правда, не возят с собой шпионы никакой формы, но советские граждане об этом далеко не все знали.
— Граждане любопытствующие! — выпихивал я с порога комнаты галдящих соседей, обсуждающих, что бок о бок столько лет жили с Мишкой и не знали, что он, паскуда такая, Родину продал за доллары (некоторые — с завистью). — Покиньте помещение и не мешайте следственному действию! Коровин никакой не шпион, проверка проводится в связи с хищением колбасной продукции с мясокомбината. Здесь нет ничего интересного.
Я захлопнул дверь, чуть не прищемив сразу два носа, и поставил часовым Погодина:
— Держи, Федя, ручку, чтобы открыть не смогли. Прямо орда какая-то.
А тем временем Катков уже отснял на «Смену» странную куртку, да ещё нашел под кроватью интересные ботинки сорок третьего размера. Подошвы истертые и без рисунка. С присохшей по краям землей слишком черного цвета. Такой грязи в городе нет, сами мы тащили на ботинках серую пыль и мелкий песок. Разве что в лесу.
— Опа! — Катков радостно извлек ботинки и помахал ими перед лицом Горохова и Огурцова.
От вида таких говнодавов те поморщились и отступили назад, а криминалист готов был расцеловать найденные чёботы.
— Это они! Точно они! — тараторил он. — Следы от таких же на месте обнаружения трупа Тетеркина и Кочергина были. Я же их сам замерял, это точно они
— Отлично, Алексей, — Горохов даже передумал закуривать и убрал пачку «Мальборо» обратно в карман пиджака. — Сделаешь экспертизу срочно, и прижмем гада. Теперь не отвертится.
— Но только на бумаге оно не так — там вывод будет вероятный, — немного удрученно пробормотал Катков.
— Ты же только что сказал, что точно они? — нахмурился Никита Егорович.
— Да… Но я же раньше уже рассказывал, что деталей в следах нет. Только общие признаки. Вот, как и здесь, подмётка скошена. И форма такая же. Я те следы уже наизусть помню, они мне сниться скоро будут.
— Мало доказательств, — задумчиво пробормотал следователь. — совпадение обутки по общим признакам — это не чистосердечное вовсе.