Вот, собственно, и все точки… Хотя стоп!
— Виш, ты тоже это видишь?
— Ты про красную точку, мерцающую на территории Норвегии? Да, я тоже это вижу.
— Неужели это мать Углова?
— Видимо викинги похители форточницу Галицина тридцать лет назад… — протянул Виш. — И до сих пор не попытались разыграть эту карту? Не верю!
— Может копят силы? — предположил я.
— Или забыли… — Виш задумчиво уставился куда-то вдаль. — В любом случае, мы должны сказать об этом Галицину.
— Скажем, — кивнул я. — Но для начала… Ты, кажется, говорил, что этих големов можно использовать в качестве экзоскелета? Как думаешь, граф захочет вновь почувствовать свои руки-ноги?
— Хорошо, Макс. Мы так и сделаем. Главное Игорю не говори.
— Но, граф… Стоп, вы согласны?
— Конечно, — кивнул Галицин. — Думал, я сломя голову брошусь на север?
— Вообще-то да…
Я не просто думал, я был уверен в этом.
По крайней мере я, узнав, что моя возлюбленная находится в плену северян, точно бы не устоял.
Галицин же на информацию о нахождении форточницы отреагировал на удивление спокойно.
Да, в его глазах сверкнул гнев, но он и не подумал требовать срочно идти войной на Норвегию.
— Вот дает, — Виш с уважением покосился на Галицина. — Макс, не отвлекайся! Левый зажим закрепил недостаточно хорошо!
Мы с графом находились в подвале летней резиденции, и в данный момент я фиксировал его тело для предстоящей, м-м-м, операции.
Если бы не Виш, я бы так быстро не разобрался. Фамильяр же безошибочно нашел книгу, в которой описывался процесс «Золотого слияния».
Если вкратце, мы собирались «облачить» графа в золотой экзоскелет. Виш клятвенно заверял меня, что к графу вернется подвижность, но было несколько нюансов.
Первый — это процедура была чертовски болезненной.
Нет, можно было выбрать щадящий вариант — в таком случае Золото сформировало бы внешний каркас — но граф настоял на полноценной интеграции.
В этом случае золото просачивалось в плоть одаренного, добираясь до костей. В итоге, на выходе получался настоящий золотой скелет.
Из этого вытекал следующий нюанс — Галицин, помимо шанса вернуться к обычной жизни, становился потенциальным кандидатом в золотые личи.
Для этого, конечно, требовался некромант-металлумий и целый ряд самых разнообразных факторов, но я уже не раз убедился, что в этом мире возможно все.
Ну и последнее. Галицин становился уязвим для влияния золотого металлумия, ну а я — носителем тайны графа.
И именно поэтому в подвале резиденции Пожарских находились лишь я и Сергей Геннадьевич.
Я полностью доверял Камневу, а граф — Углову, но… это был тот случай, когда чем меньше знаешь, тем лучше спишь.