Марену хлестнуло, будто кнутом, вспыхнувшим в Гатаре гневом, но внешне он сдержался, даже по столу не стукнул и ее, как на эмоциональных качелях, захлестнуло обожанием. Она знала, что Гатар будет отличным королем, справедливым, могучим, тем, на кого она сможет опереться в своем квесте. Надо только дать немного времени, позволить Стордору воспрянуть из пепла, а Гатару набраться опыта.
— Договаривайте, граф, — предложил Гатар, — или может вы рискнете повторить эти слова Алмазному Кулаку в лицо?
Марена ощущала, как в Антиге тоже вспыхнул гнев, но он сдержался, несомненно, подбирая слова вроде «что за герой Кулак, если обижается на правду и народную мудрость?»
— Королю надлежит быть гибким, — вмешался еще один граф, Паран Ловантек, владения которого располагались на востоке, рядом с Лотонией, — уметь договариваться и соблюдать интересы всех.
Третий из вожаков, практически не скрывающий своих намерений уйти под руку Лотонии. Несколько поколений Ловантеков роднились с аристократами Лотонии, да и само королевство не дружило со Стордором, как гномы Тарбада. То дружило, то воевало и основным камнем преткновения оставался торговый путь, ведущий в Занд. Переход графа Парана к Лотонии означал бы, что они будут контролировать еще кусочек этого пути. Там не было смертельной, вековой ненависти, как с Дарнией, но в то же время следовало признать, что и сил сейчас повлиять на Ловантека тоже не имелось.
— Король должен уметь договариваться даже с Дарнией! — припечатала герцогиня Кордайская своей морщинистой рукой по столу.
Несмотря на возраст, она активно молодилась, использовала всякие зелья и притирания, увешивалась амулетами и, честно говоря, в какой-то момент строила глазки даже Гатару, хотя, возможно, Марене и показалось. Возглас ее, а также попадание в четвертые лидеры этого стихийного сопротивления «долой наемника-орка с королевского трона», был вызван тем, что войска Дарнии, придя на выручку Стордору, заняли, в том числе и владения герцогини. Она лишилась всех доходов и владений и поэтому была крайне недовольна, хотя по сведениям того же Норма герцогиня Моллена Кордайская годами там не появлялась, предпочитая прожигать жизнь в столицах — особенно в Сечете, столице Занда, с их вольностями и подходом «продается все!»
— Да, нужно немедленно вышвырнуть Дарнию с наших земель!
— Отправить против них войско!
Какое еще войско, что вы несете, подумала Марена, войска застряли у Провала, войска погибли в этих выбросах, сражаясь с омонстревшими горожанами, самые крупные силы оставались как раз у аристократов (еще один повод договориться мирно), причем тех, кто деятельно протестовал. Она бросила взгляд, тревожась за наставницу, но Феола Три Глаза мирно похрапывала на скамеечке, не слыша хулы в адрес родной страны.