— Обязательно приезжай! Мы тебя будем ждать.
— Саша, так я не понял, докуда тебя подвезти? — спросил Савелий.
— К любому метро. И кстати, время обеденное. Может заедем съедим шашлычка?
Никто не возражал. Сели в машину и, чуть прогрев двигатель, выдвинулись в сторону шашлычной, находящейся у ВДНХ. На часах было половина второго дня.
Обедали в тишине. То ли устали все, то ли просто не хотелось никому и ничего говорить. В конечном итоге, мне стало грустно, и я решил нарушить траурное молчание.
— Чего такие грустные?
— Я не грустный, — грустно сказал Сева.
— Я тоже, — вторила ему красавица, сидящая с постной миной.
— Да ладно Вам врать-то? Чего, кино что ль снимаемое не понравилось? — быстро раскусил я молодёжь.
— Ну не то что бы не понравилось, — начал вилять Сева, вероятно боясь меня обидеть, — просто странно всё это.
— Да странно — очень странно, — поддержала его рыжуха.
— Что именно? По-моему, всё вполне себе нормально и в кадре будет смотреться зашибись. Можете мне поверить. Впрочем, это мы завтра увидим, после монтажа.
— Ну не знаю. Большая облезлая белка, бегающая по джунглям и копьём убившая полуголого мужика с автоматом, на мой взгляд выглядит несколько, гм, странновато, — пояснил друг Савелий своё видения демоверсии.
— Очень странновато, — вновь поддержала жениха Юля.
— Белка? — удивился я, а потом заржал на всю «Елоховскую».
«Ну конечно, как я мог об этом не подумать. Ведь действительно — для людей кто не сведущ и, кто не знает, как будет выглядеть конечная картинка на экране, всё, что мы снимали, должно вызывать только одно твёрдое понимание — снимающий этот сюжет режиссёр психически ненормальный идиот-шизофреник с манией белкофилии!»
— Что ты смеешься, Саша? Что тут смешного? — не поняла Юля. — Действительно не понятно, зачем белочка бегает по джунглям и нападает на солдат.
Я было уже успокоился и вновь заржал.
Ребята не разделили моего веселья, а с опаской стали посматривать на душевнобольного.
В конце концов Юле надоело смотреть на мою истерику, и она предположила:
— Или ты хочешь снять фильм про белочку-защитницу джунглей?
После этих слов я чуть не умер… У меня реально начались колики в животе и судороги по всему телу, и я еле-еле мог сдерживаться, чтобы не упасть под стол… Смерть от смеха была близка…
Однако в конце концов я растерял все силы на ржание и, еле-еле ворочая языком, решил объяснить коллективу, что мы увидим на экране после обработки и монтажа.
Они с усердием выслушали пространное объяснение, но, вероятно, толком ничего не поняли, ибо представить, что должно будет получиться довольно сложно, если такого до этого не видеть. А посему на вопросы Юли: — «А зачем, это? А зачем, то?» — решил оставить практически без ответов.