– Задняя веранда. Но она закрыта. И комната прислуги. Через нее можно выйти в кухню.
– Ясно, – коротко бросил мужчина и строгим тоном приказал: – Вы стоите здесь.
Я в немом изумлении уставилась на набалдашник трости, который указывал на стену рядом с кабинетом. То есть, даже не сидите в кресле или на кушетке, а стойте, как две провинившиеся девочки? Это оскорбление, комплимент или обещание?
– А почему не в углу? – фыркнула я.
– Можете встать в угол, – широким жестом разрешил Поль Моранси. – Кто я такой, чтобы лишать даму радости?
Я вместо ответа невозмутимо улыбнулась. Прошло то время, когда меня могли смутить слова мужчины. Теперь-то я прекрасно знаю, что ехидное молчание в ответ зачастую злит их куда больше, чем колкие фразы.
Про меня тут же забыли, но я-то заметила, как недовольно дернулся уголок мужских губ.
Уполномоченный по особо важным делам тронул тростью дверь и внимательно осмотрел замок и ручки.
– Явных следов взлома не наблюдаю, – задумчиво констатировал он. – Дверь запирается на ключ?
– Кабинет всегда заперт, – буркнула недовольная тетушка. – У него же там коллекция, – причем на последнем слове у нее отчетливо скрипнули зубы.
– У кого есть ключи? – спросил Моранси, не спеша переступать порог святой обители Карла Гренье. Он словно взглядом сканировал пространство.
– У Эдит, – сдала свою протеже хозяйка. – Она ответственная за уборку.
– А у вас? – он быстро стрельнул глазами в сторону Клары, чтобы поймать ее недовольную гримасу.
– Есть… – с заминкой созналась тетушка. – Где-то. Запасные дубликаты от всех дверей.
– Распорядитесь, чтобы принесли все, – коротко приказал уполномоченный и вошел в кабинет.
Мы с тетушкой вытянули шеи, нужно же получше рассмотреть происходящее. Нет, не из любопытства, ведь это чувство несвойственно воспитанным дамам, а исключительно образования ради. Когда еще увидишь работу уполномоченного по особо важным делам.
Поля Моранси две заинтересованные мордашки, торчавшие в дверном проеме, не волновали. Он не спеша прошелся вдоль окон, трогая каждую раму тростью.
– Они не открываются, – не выдержала тетушка. – У супруга много редких книг, сквозняк для них губителен.
Письменный стол заинтересовал Моранси ровно на полминуты. Идеальный порядок, который любил педантичный дядюшка Карл, поддерживался здесь неукоснительно.
Шкафы со стеклянными дверцами мужчина тоже основательно обстучал. Я даже поморщилась от раздражающего звяканья.
– Они все противоударные, – хвастливо заявила Клара, словно самолично сначала изготовила их, а потом установила.
Моранси никак не прокомментировал реплику, а только бросил насмешливый взгляд в нашу сторону.