Надо же, а я так надеялся, что он от меня отстал насовсем. Но нет, поймал прямо рядом со школой. Похоже, меня и поджидал.
— Отвали, — бросил я.
— Че ты такой злой? — заныл он. — Не было у меня выхода, я Глазу должен был, он меня на счетчик грозил поставить.
— И как, расплатился?
— Как же. — Он засопел и грустно сплюнул на землю, явно подражая Глазу.
— Игогоша, плевать нехорошо, особенно рядом со мной.
Игорь притворился, что он ничего не делал и, вообще, мои слова к нему не относятся.
— А я че, я ниче, — заныл он. — Ярый, поговори с Глазом, пусть он мне долг спишет.
— А какое отношение имею? — удивился я.
— Он тебя уважает. Ярый, ну че тебе стоит? Я ему уже все спустил, нечем мне платить.
Наглость некоторых просто поражала, но сообщить это миру я не успел, так как меня внезапно остановила наша классная, она же горячо любимая всеми математичка. И не просто остановила, а догнала и развернула к себе.
— Елисеев, ты у меня сегодня переписываешь контрольную после уроков, — заявила она. — Не вздумай уйти.
— С какого я ее переписываю? — возмутился я. — У меня там все правильно.
— Вот именно, — припечатала она. — Ни одной ошибки. Ты думаешь, я поверю, что ты написал сам? Меня не обманешь, Елисеев.
— Не собирался я вас обманывать, Леонида Викторовна. Вы же ходили по проходам и видели, что я не списывал.
— Значит, принес написанное с собой, — уверенно ответила она.
— Где бы я мог узнать задания?
— Вот именно. — она угрожающе поднесла палец к моему носу. — Если скажешь, как ты их заполучил, так и быть, поставлю тройку.
Я отвел ее палец от себя к Игорю, наблюдавшему эту сцену с приоткрытым ртом. Он и без того не казался лицом, обладающим интеллектом, но сейчас вообще выглядел дебил дебилом. Странно, но классная на него даже не взглянула. Я бы порадовался столь пристальному женскому вниманию, будь оно от другой дамы и в другое время.
— Мне не нужна тройка, Леонида Викторовна, — твердо сказал я. — Я согласен единожды переписать контрольную с тем, чтобы вы наконец успокоились. Но если вы продолжите надо мной издеваться, я пожалуюсь в… — я покопался почти в своей памяти и радостно закончил: — … районный отдел министерства Просвещения.
— Что? — опешила она. — Ах ты мелкий нахал!
— На оскорбление тоже можно жаловаться, — припомнил я, — но я вам прощаю. А вот оценки занижать вы мне больше не будете.
— Елисеев, да ты вконец обнаглел! — возмутилась он. — Идешь немедленно и переписываешь при мне. Быстро! За мной!
Она скомандовала и тут же развернулась, будучи уверенной, что я за ней последую. Эти детские игры уже порядком раздражали.