— Парашюты! — он настолько приблизил своё лицо к физиономии второго пилота, что на мгновение последний испугался солдата больше, чем аварии. — Где, мать твою, лежат эти чёртовы парашюты?!! ОТВЕЧАЙ!!!
— Да не помогут они уже, — обречённо выдохнул второй пилот. — Бесполезно это.
— Плевать! Говори, где они⁈ Быстро говори, иначе сдохнешь раньше, чем рухнет эта лоханка!
— Псих, — выдохнул второй пилот. — Видел при входе снаружи два ящика по бокам от двери? Там лежат твои парашюты.
— Кончайте трепаться! — раздался панический вопль спереди из кабины пилота. — Сукин сын, ползи сюда и помоги мне удержать эту консервную банку…
Стоит отдать должное командиру экипажа — первому пилоту. Он до последнего пытался удержать в воздухе обречённый самолёт. Лишь благодаря его титаническим усилиям пассажирам удалось выиграть дополнительные десятки секунд жизни. Но все его старания в итоге оказались бесполезными — самолёт всё равно рухнул и взорвался, оборвав более восьмидесяти жизней.
Он снова проснулся в тот же самый миг, когда все ещё были живы, а самолёт цел. В его глазах поселилась паника. Он посмотрел на безмятежное лицо Давида, который слушал свою любимую Нирвану.
Сосед заметил его интерес. Также от него не укрылся страх на лице друга.
— Йоу, Алекс, что случилось? — снял он наушники. — Плохой сон?
— Давид, нет времени объяснять, — постарался подавить панику Александр. Ведь паника — плохой советчик. — Отстёгивайся и следуй за мной.
Если он хотел выжить, ему следовало действовать с холодной головой. Только как тут выбросить из башки лишние мысли, если за последние десять минут он трижды умирал? И это явно не было сном. Больше всего это напоминало петлю времени из научной фантастики. И хотя литературой парень не увлекался, но кое-что ему довелось почитать, и о путешествиях во времени он что-то знал. Но совсем немного на уровне самых популярных романов.
Александр подал пример другу — начал отстёгивать страховочные ремни. Давид с удивлением посмотрел на него, но всё же поставил плеер на паузу и с неохотой начал освобождаться от хватки ремней.
— Бро, что происходит? — спросил он. — Ты сегодня сам не свой.
Александр хоть и хотел всё объяснить, вот только он понимал, что любые его слова бесполезны. Он уже пытался рассказать о крушении самолёта, причём несколько раз. И к чему это привело? Результат всегда был одинаковым — они разбивались насмерть, после чего он переживал эти жуткие мгновения повторно. Так стоит ли снова вдаваться в неправдоподобные объяснения, если они снова окажутся бесполезными, даже вредными? Времени у них осталось совсем немного — нужно скорее добраться до парашютов и свалить с борта обречённого самолёта.