— В прямом, — спокойно ответил мне вождь. — В Землях Великой Матери слыли легенды о героях, которые умудрялись убивать и самих Богов, — сказал он, окончательно убедив меня в том, что все эти их Боги — это просто очень сильные магические сущности.
И не более.
— Ладно, возвращаемся, — нехотя произнёс Избранник Угла и бросил последний взгляд на тело того, кого его племя боялось десятками, а то и сотнями лет.
— Хорошо, — кивнул я и первым пошёл в сторону поселения, но, пройдя несколько метров, остановился, ибо Избранник Угла остался стоять на месте. — Что тебя тревожит? — прямо спросил его.
Вождь несколько секунд продолжал смотреть на монстра, а затем повернулся и, глядя мне в глаза, ответил:
— Ты.
И я совершенно не удивился его ответу.
Моё имя внушало ужас и страх и в моём родном мире, поэтому я был к этому привыкшим.
Возможно, одна из немногих, кто действительно не боялся меня, была моя любовь. Странно, но она всегда видела во мне кого-то другого, а не только беспощадного убийцу, чьё имя вселяло во всех страх.
И только уже из-за этого я был ей благодарен.
— Я не знаю, что тебе ответить на этот вопрос, — тем временем ответил я.
— А и не нужно, — спокойно произнёс Избранник Угла. — Меня устраивает, что ты пока на моей стороне. А что до остальных… Хе-хе, меня волнует только моё племя и дочь. И пока ты муж Принявшей разложение, я спокоен, — добавил он, чем немного удивил меня.
— Я защищу твою дочь, чего бы мне это ни стоило, — честно сказал я.
— Знаю, — кивнул вождь. — За другого я бы свою единственную дочь не отдал бы замуж, — произнёс он и улыбнулся.
А вот это признание стало для меня откровением.
— Я так понимаю, немногие в других племенах были рады, что твоя дочь стала женой человека, так? — прямо спросил я.
— Это ещё слабо сказано, — усмехнулся Избранник Угла. — На самом деле я тебе скажу то, чего не говорил своей дочери. Северный ветер хотел её в жены, — произнёс он, с интересом глядя на меня.
— И ты ему отказал? — удивился я.
— Разумеется, — ответил вождь. — Она бы стала его четвёртой женой, а я не хотел такой судьбы для своей дочери, — произнёс Избранник Угла. — И я поступил так, как сказал мне Угл, — добавил он и улыбнулся.
— И твой Бог сказал, чтобы ты выдал свою дочь за меня? — спросил я, ибо мне в это очень слабо верилось.
— Так и было, — кивнул он.
— А что твой Бог сделает мне за то, что я убил одного из его сыновей? — спросил я вождя, и тот покачал головой.
— Суал’Нэаш был нежеланным ребёнком. Поэтому то, что ты смог оборвать его жизнь, считай одолжение Углу, — произнёс вождь, в очередной раз удивив меня за сегодняшнюю ночь. — Ладно, возвращаемся, — сказал он и пошёл в сторону своего поселения.