А, вот как на самом деле всё происходит. Я-то думал, что дело в солнце…
Ну да ладно.
— Получается, он Бог ночи? — уточнил я.
— Нет, — покачал головой вождь. — Богиня ночи — это Ни’Шу. Ей поклоняется племя Смерти из тени, — добавил он, и на его лице появилась гримаса омерзения, когда он упомянул имя своей бывшей жены.
— Ничего не понимаю, — покачал я головой. — Но ты же только что сказал, что он из ведра…
— Да, всё верно, — кивнул Избранник Угла. — Но Нра’Ачату не Бог ночи. Без него она бы не пришла, но он ей не управляет.
— А какая тогда у него функция?
— Что ты имеешь в виду? — переспросил меня вождь, явно не поняв вопроса.
Как бы ему по-другому сказать?
— Чем он управляет?
— Хм. — Избранник Угла задумался. — Это сложно тебе объяснить, — добавил он, явно имея в виду любимую фразу Принявшей разложение, как, впрочем, и его: «Ты не поймёшь».
И каким же было моё удивление, когда он начал объяснять.
— Он управляет течением, — произнёс вождь. — Выливает тьму, а затем собирает её. Меняет засуху на время дождей, а затем — на пору отдыха. Потом цикл повторяется. И так из года в год и из века в век, — добавил он, и мне стало понятно.
Нра’Ачату был богом времени.
— Понял, спасибо, — ответил я. — И значит, этот Нра’Ачату любит наблюдать за поединками?
— Да, — кивнул Избранник Угла. — Сражения веселят Нра’Ачату, — произнёс он и улыбнулся. — Сегодня, когда начнутся бои, присмотрись к луне, — добавил он с хитрой улыбкой на лице.
— И что я должен увидеть?
— Ты поймёшь, — подмигнул вождь. — Ну, а если нет, то значит, ещё рано, — загадочно добавил он и хлопнул меня по плечу.
— Для чего рано? — спросил я, когда Избранник Угла намеревался уже уйти.
— Для всего, — махнул он рукой и пошёл в сторону других вождей. Те стояли вместе рядом с большим костром, на котором жарилась большая тушка какого-то животного.
И чего мы пришли…
— Бои будут вечером, поэтому пока можно вернуться к навесу, — сказал я остальным, когда поравнялся с друзьями, Франсуа, Венерой и Фредериком.
— А есть этому логичное объяснение? — спросил Жумельяк.
— Не думаю, что оно покажется тебе логичным, — усмехнулся я.
— А я бы послушал, — задорным голосом произнёс Пересмешник и подмигнул мне.
— Хорошо. В общем, суть такая, — произнёс я и рассказал ребятам о местном Боге, который любил наблюдать за поединками.
— То есть ему просто скучно? — спросил здоровяк Де’Жориньи.
— Жуль, ты действительно поверил, что этот… — Де’Аламик посмотрел на меня.
— Нра’Ачату, — напомнил я имя.
— Да! Что этот Нра’Ачату существует? — усмехнулся Пересмешник, с укором посмотрев на своего товарища.