Я тоже нашёл себе скакуна и хотел было помочь Призраку забраться на него, но тот оказался куда более умелым, чем я думал.
— Я сам! — произнёс он и, несмотря на то что на его голове был мешок, спокойно запрыгнул на одну из лошадей, которая стояла рядом с моей.
«Отлично! Никогда не любил ездить вдвоём», — подумал я и запрыгнул на собственного скакуна, и мы с Призраком практически одновременно сорвались с места.
А дальше начался самый настоящий хаос, ибо всё, что случилось на конюшне, разумеется, не осталось незамеченным другими иллерийцами, и первое, что сделали враги, — открыли по нам огонь.
И если мне пули были не страшны, то вот судя по тем эмоциям, которые я видел на лице Призрака, он явно беспокоился о том, не попадут ли в него. И ему повезло. Первый взрыв и ослепительно яркая золотая вспышка прозвучали сразу после того, как наши лошади пустились в галоп. Я обернулся и увидел иллерийцев-стрелков, которые сейчас бегали в агонии в подожжённой форме, прикрывая ладонями глаза, из которых хлестала кровь.
«Вот на что способен Кловис», — подумал я, когда раздался второй взрыв и сзади послышались отчаянные крики врагов.
Я даже не стал оборачиваться, а наоборот, хлестнул поводьями, чтобы моя лошадь двигалась ещё быстрее.
Я нагнал майора, и вместе мы скакали прочь из лагеря врага, но это продлилось недолго. В какой-то момент моя лошадь истошно заржала и начала заваливаться на бок.
— Чёрт! — успел выругаться я про себя. Вовремя спрыгнув с неё, я приземлился на землю, сделал перекат и резко поднялся на ноги.
А вот это проблема, — успел подумать я, и, обернувшись, увидел Призрака на лошади в каких-то нескольких метрах от меня. И он протягивал мне руку.
Неужели он… Тело среагировало на рефлексах, и я зацепился за руку Астора и через мгновение оказался верхом. Де’Арсия сжал зубы и застонал. Его затёкшие от долгого пребывания в одном месте мышцы явно ослабли, и подобный трюк причинил ему боль, но он пошёл на это.
Прозвучал ещё один взрыв, и яркая вспышка осветила лагерь врага так, как будто сейчас был полдень и солнце было в зените.
— Живой? — спросил Призрак.
— Да, — ответил я, и он усмехнулся.
— Можешь считать, что теперь мы квиты, — произнёс он и начал хлестать поводьями, чтобы лошадь выжала максимум сил.
И мы оторвались. Не знаю как, но мы сделали это.
Какое-то время спустя.
— Призрак, порох? — спросил Астора командир Ночных хищников, когда мы немного сбавили темп, чтобы не загнать лошадей.
— А ты не видел воронки, оставшейся от взрыва? — усмехнулся Де’Арсия.
— Как-то некогда было любоваться лагерем этих собак, — ответил ему Де’Фаллен. — Значит, взорвал?